– Стоит отправиться туда хотя бы ради того, чтобы узнать, почему погиб Мариабронн! – прорычал он таким голосом, словно вот-вот мог и вправду обернуться медведем.
Риордану вдруг пришло в голову, как это воспримет его конь. Бард, конечно, промолчал, но в уме стал сочинять на этот сюжет песню.
– Убежден – без этих двоих там не обошлось, – добавил Ольвен.
– Мы не можем быть в этом уверены, – возразил Кейн. – Мариабронн по собственному желанию, ослушавшись приказа Эллери, отправился в разведку. Учитывая его отчаянный нрав и любовь к риску, это вполне правдоподобно.
Фыркнув, Ольвен отвернулся, так вцепившись в поводья, что костяшки пальцев побелели.
– Это всего лишь двое безрассудных людей, – подхватил Риордан, чтобы увести разговор со столь болезненной для друга темы. – Пусть они легкомысленно связались с магией Женги, как это явствует из сообщений полуорков и со слов дракониц, неужели это настолько опасно, что мы оголяем свои позиции, рискуя тем, что страна может стать легкой добычей Тимоско и Нелликта?
– Ничего мы не оголяем, – заверил Кейн. – Дозорные отслеживают каждый шаг Цитадели, и в случае нужды Эмелин перенесет нас всех обратно одним взмахом волшебной палочки.
– Так почему Эмелин не сделает это сейчас, а Гарет пусть остается командовать войском?
– Потому что подобной возможности утвердить свою власть над Ваасой король терпеливо ждал многие годы, – раздался голос Селедона Кирни. Он услышал разговор и придержал свою лошадь, чтобы поравняться с друзьями. – Гарета интересует не замок, точнее, не только он.
Риордан умолк на мгновение.
– Палишук?… – спросил он, бросив взгляд на Кейна, и тот кивнул.
По виду Ольвена непонятно было, слышал ли он вообще, о чем речь.
– Значит, он хочет показать горожанам, как много они для него значат, и в случае опасности он готов немедленно встать на их защиту, как если бы под угрозой оказался Гелиогабалус, – размышлял вслух Риордан.
Судя по выражению лиц Селедона и Кейна, его догадка оказалась совершенно верна.
– Вот потому он и король, – с улыбкой закончил бард.
– Надеюсь, когда мы вернемся в Ворота Ваасы, королевство обретет целостность и Вааса с Дамарой вместе встанут под знамя Гарета Драконобора, – сказал Селедон.
А Риордан заметно повеселел.
Глава 13
Бой без победы и поражения
Город полуорков бурлил. Да и могло ли быть иначе? Ведь и до Джарлакса, и до горожан уже дошли вести о том, что король Гарет выступил в поход и его огромная армия шествует по болотам Ваасы, чтобы усмирить самозваного правителя Артемиса Первого. Джарлакс удивился – а удивляться он не любил. Он не предполагал, что Гарет выступит так решительно, а главное, так скоро. Начиналась зима, очень суровая в этой стране, одни только морозы могли подкосить его войско, к тому же противником был не кто иной, как дроу. Ведь Гарет даже не представляет, что замыслил Джарлакс, и, тем не менее, немедленно выступил в поход, собрав лучшие силы.
Когда Джарлакс получил свежие новости, его уважение к этому человеку лишь возросло. Слабые людишки редко проявляют подобную решимость и уверенность в себе.
Джарлакс шел на встречу, отдав мысленный приказ сапогам громко стучать, хотя и шагал он по сырому склону. Ему не хотелось напугать своим внезапным появлением Уингэма и его настороженного охранника.
Уингэм вместе с набычившимся Ольгерханом ждал у маленького костра, разведенного на плоской вершине холмика. Услышав шум шагов Джарлакса, оба обернулись.
На лицах их была написана тревога, смешанная со страхом и гневом. Ольгерхан все время оглядывался по сторонам, с решительным видом скрестив руки на груди. Джарлакс мимоходом подумал, как сильно народы отличаются друг от друга. Если в Мензоберранзане мужчина скрещивал руки на груди, это был знак повиновения и почтения. Если же так делали женщины, то, как и в Верхнем Мире, это означало открытый вызов или, по крайней мере, готовность оказать сопротивление.
– Уважаемый Уингэм, – приветливо произнес дроу, – для меня честь, что вы откликнулись на мой зов.
– Ты знал, что я не могу не прийти, – буркнул старик. – Ветер войны дует в сторону моего родного города.
– Войны?
– Тебе известно, что король Гарет выступил в поход.
– Полагаю, он желает присутствовать на коронации Артемиса Первого.
Уингэм посмотрел на него с неприязнью, но промолчал.
– Ну что ж, мы вскоре узнаем, каковы его намерения, – продолжал Джарлакс. – Будем надеяться, что король Гарет действительно так мудр, как о нем говорят.