Выбрать главу

– Вот сейчас мы об этом и поговорим. – «Поговорим официально», – мысленно добавила Ева, ведя Ру по лаби­ринту Управления полиции по направлению к комнате для допросов – крошечному помещению, в котором сто­яли стол и два стула. – Я хочу предупредить, что наш разговор носит официальный характер и по его результатам будет составлен отчет, – проговорила она, предложив го­стье садиться.

– Как вам угодно, – повторила Ру. – Я хочу помочь следствию.

Ева включила диктофон и заговорила:

– Запись допроса Ру Маклин. Допрос проводит лейте­нант Ева Даллас. Ру Маклин добровольно выразила жела­ние оказать помощь в расследовании дела об убийстве Таджа Коли. Благодарю вас за то, что проявили добрую волю, мисс Маклин.

– Не стоит благодарности. Я даже не знаю, что полез­ного могу вам сообщить.

– Вы являетесь управляющим клуба, в котором рабо­тал барменом Тадж Коли?

Глядя на собеседницу, Ева думала, что именно такую женщину Рорк и должен был взять на это место – холе­ную, стильную, привлекательную. Глубокие фиалковые глаза, в которых сейчас плескалась тревога, светились сап­фирами на фоне белоснежной кожи. Тонкие черты лица, волевой подбородок. Соблазнительные линии тела облегал элегантный костюм цвета сливы, причем короткая юбка не скрывала ни дюйма роскошных ног, от которых перехвати­ло бы дух у любого мужчины. Светло-золотистые волосы женщины были забраны назад и туго стянуты на затылке.

– Да, я являюсь управляющим в клубе «Чистилище» уже на протяжении четырех лет.

– Чем вы занимались до этого?

– Выполняла обязанности метрдотеля в небольшом клубе в центре города. А еще раньше была танцовщи­цей. – На губах женщины появилась едва уловимая улыбка. – Артисткой. Но затем я решила бросить это ремесло и заняться менеджментом. Или, на худой конец, такой ра­ботой, которая позволила бы мне не раздеваться на публи­ке. И вот Рорк предоставил мне такую возможность – сначала в «Трендс» в качестве, как я уже сказала, метрдо­теля, а затем в «Чистилище». Ваш муж ценит в людях чес­толюбие, лейтенант.

Ева не хотела углубляться в эту тему, особенно с уче­том лежавшего на столе включенного диктофона.

– Входит ли в ваши обязанности, как менеджера клу­ба, подбор персонала?

– Да, Таджа наняла именно я. Он искал работу с не­полной занятостью. Его жена незадолго до этого родила ребенка и была вынуждена довольствоваться государст­венным пособием, поэтому Таджу был нужен приработок. Он выразил желание работать в ночную смену, и ему с удовольствием пошли навстречу. Кроме того, он был же­натым мужчиной, что для нас немаловажно.

– Это условие является обязательным для всех ваших сотрудников?

– Нет, не обязательным, но желательным. – Как бы в доказательство своих слов Ру показала руку, украшенную только одним кольцом – обручальным, похожим на трех сплетенных змеек. – Тадж, кроме того, умел готовить и подавать коктейли. А главное – он с первого взгляда мог определить, от кого из посетителей можно ожидать непри­ятностей. Я не знала, что он полицейский. В анкете Тадж написал, что работает в охранной фирме, и проверка под­твердила эти сведения.

– В какой именно фирме?

– «Линакс». Я позвонила в эту фирму, поговорила с начальством – по крайней мере, я так считала – и полу­чила самые лучшие рекомендации в его адрес. У меня не было оснований сомневаться в их правдивости или в на­дежности фирмы, поэтому я зачислила Коли в штат с двухнедельным испытательным сроком. Он показал себя отличным работником и остался у нас.

– У вас сохранился телефон этой фирмы и имя чело­века, с которым вы разговаривали?

– Да, конечно. – Ру перевела дыхание. – Узнав о слу­чившемся, я пыталась до них дозвониться, но этот номер больше не отвечает.

– Мне все равно понадобятся эти данные – нужно разобраться, что связывало Таджа с этой фирмой.

– Разумеется. Сейчас я найду телефон. – Ру открыла сумочку и достала электронную записную книжку. – Не знаю, почему Тадж не захотел сказать, что работает в по­лиции. – Женщина говорила и одновременно нажимала кнопки на маленькой клавиатуре. – Может, он решил, что, узнав об этом, я не захочу принять его на работу? А может, когда он выяснил, что владелец заведения – по­лицейский…

– Я не являюсь владельцем этого клуба.

– Ах да, конечно… – Маклин пожала плечами, пере­писала из книжки телефон и протянула бумажку Еве.

– Тадж Коли находился в клубе после закрытия. Это обычная практика?

– Нет, но такое случается. Обычно клуб закрывают два человека – дежурный бармен и кто-то из охраны. Вче­ра вечером дежурил Тадж, и, судя по моим записям, в паре с ним клуб должен был закрывать Нестер Вайн, однако разыскать его мне пока не удалось.

– Вы бываете в клубе ежедневно?

– Пять раз в неделю. По воскресеньям и понедельникам я выходная. Вчера я находилась в клубе до половины третьего. Клиенты уже расходились, а с одной из наших девочек стало плохо – у нее были какие-то проблемы с ее парнем, и она страшно перенервничала. Я отвезла ее домой, посидела с ней немного, а потом отправилась восвояси.

– В котором часу?

– Когда я поехала домой? – Ру озадаченно моргну­ла. – Примерно в половине четвертого или без четверти четыре.

– Как зовут женщину, с которой вы находились до этого момента?

– Митци, – выдохнула Ру. – Митци Тричер. Поверь­те, лейтенант, когда я в последний раз видела Таджа, он был живехонек и стоял за стойкой бара.

– Я ни в чем вас не обвиняю, мисс Маклин, я всего лишь собираю факты. Вы не обратили внимания на то, в каком настроении пребывал Коли, когда вы с ним расста­лись?

– По-моему, в хорошем. Впрочем, мы обменялись с ним всего несколькими словами. Я дважды подходила к стойке, чтобы попросить минеральной воды. О чем мы говорили? Да так, ни о чем. Я спросила, как дела, он ска­зал, что сегодня очень много посетителей, и так далее в том же духе. – На несколько мгновений Ру прикрыла глаза. – Он был хорошим человеком – спокойным, уравно­вешенным. Часто звонил жене, чтобы узнать, все ли у нее в порядке.

– Он звонил по телефону, который стоит в баре?

– Нет, мы не поощряем личные звонки по служебно­му телефону, если только речь не идет о какой-то экстрен­ной ситуации. Поэтому Тадж пользовался своим мобиль­ным.

– Вчера вечером он тоже звонил?

– Не знаю, я не обратила внимания. Впрочем, подо­ждите… – Глаза женщины сузились. – У нас позади бара расположена комната отдыха. Я проходила мимо и загля­нула в открытую дверь. Коли как раз находился там. В ру­ке он держал сандвич и говорил по телефону, причем сю­сюкал, будто разговаривал с ребенком. Наверняка так оно и было. Знаете, почему я запомнила? Потому что это вы­глядит смешно и немного глуповато, когда такой здоро­венный дядька агукает в трубку сотового телефона. Это для вас важно?

– Для меня сейчас все важно. Я пытаюсь воссоздать общую картину, получить представление об этом челове­ке. – Ева напрягла память и вспомнила, что утром сотовый телефон возле тела не обнаружили. – Не помните ли вы кого-нибудь, кто приходил к нему регулярно? Вот, к примеру, вчера – не торчал ли кто-то у стойки, когда он работал?

– Нет. У нас, конечно, есть постоянные клиенты – люди, которые приходят в клуб по нескольку раз в неделю. Бармены обычно помнят и их самих, и напитки, которые они предпочитают. Клиенты это ценят. Но не могу сказать, что Тадж кого-то из них выделял.

– А с кем-нибудь из вашего персонала его связывали более тесные отношения, чем с другими?

– Да, в общем-то, нет. Как я уже сказала, он был очень спокойным, сдержанным человеком. Коли был дру­желюбен со всеми, но особенно близко ни с кем не сходился. Он вел себя, как подобает бармену: наблюдал, слушал…

Металлическая бита хранится под стойкой бара постоянно?

– Да, закон этого не запрещает, – ответила Ру и вдруг побелела. – Так его… этой битой?..

Ева не ответила.

– Были ли случаи, чтобы Тадж пускал биту в ход или хотя бы пытался кого-то припугнуть с ее помощью?

– Насколько я знаю, Тадж никогда ни с кем не драл­ся. – Женщина медленными движениями потерла верх­нюю часть груди. – Припугнуть – да. Раз или два он брал биту в руки, чтобы утихомирить каких-то буянов. Этого всегда оказывалось вполне достаточно, особенно учиты­вая его габариты. Наш клуб – спокойное место, в нем редко случаются неприятности. Это – мирное заведение, лейтенант, иного Рорк не потерпел бы.