- Ты знал? — спросила девушка.
- Нет. Почувствовал.
- Как?..
- Я же НКВДшник.
Юно привстала на носках и, не обращая внимания ни на капитана, ни на редеющую толпу зрителей, прижалась поцелуем к пухлым Колиным губам.
Глава 11. Окраина
- Бульк! — сказала труба.
Карбышев машинально приоткрыл рот, — запоздало, в силу давно вкоренившейся привычки, — но звукового удара не последовало. Просто: «бульк!», сытно, утробно — и всё.
- Ничего-ничего, — успокоил его Калашников, — это всё хорошо, так и должно быть. Заодно свойство скрытности достигается. Карбышев покосился на передатчик. Секунда, другая...
- Дмитрий Михайлович! — ожил динамик. — Наблюдаю, есть накрытие. Разрешите проверить?
- Разрешаю. Выстрел практический, проверяйте свободно.
- Товарищ генерал-лейтенант, — вмешался Калашников, — нет тут выстрела. Только мина. Болванка самая обычная, а выстрела нет. Ни пороха, ни гильзы...
- Мда, орёлик, я уж вижу... Только в строгом смысле — всё равно ведь выстрел.[18]
- А, ну это да, так точно.
Генерал с улыбкой посмотрел на Калашникова. Быстро сержант освоился: от прежней робости его и следа не осталось. По крайней мере, в общении с Карбышевым.
На огневом рубеже они стояли вдвоём: перед испытанием Михаил Тимофеевич божился, что его изобретение влёгкую управляется в одни руки. Покамест не соврал. Ещё б оно и било согласно заявленному...
- Дмитрий Михайлович, нашёл! — сказал динамик. — Расхождение фиксирую в двенадцать метров, даже поменьше. Доставать не буду, он в снег ушёл глубоко, разрешите не доставать? Вхождение фиксирую несомненное!
- Разрешаю. В укрытие уходите, мы сейчас серию работаем.
- Слушаюсь! Подтверждаю в укрытие.
Генерал повернулся к Калашникову.
- Двенадцать метров... на такой дистанции — точность снайперская.
- Так ветра нет, товарищ генерал. Да и пристрелял я его заранее, вы же знаете. Тут упор бетонный врыт, тут цапфы приварены. По рискам поставил да работай себе, ничего.
- Пятьдесят миллиметров, на два с полтиной... — задумчиво проговорил Карбышев. — Нет, Михаил Тимофеевич, результат выдающийся. И отношу я его на счёт отсутствия именно что порохового заряда. Калашников польщённо приосанился.
- Но это частное моё мнение, — осадил его генерал. — Может статься, просто и повезло. Давайте-ка серию сработаем.
Он щёлкнул тангентой передатчика:
- Осипов, вы там в укрытии?
- Так точно, Дмитрий Михайлович. Всё чисто, подтверждаю.
- Давай, Михаил Тимофеевич, — кивнул Карбышев, отходя с рубежа и облокачиваясь на тележку с боеприпасами. — Сколько?
- Сначала три давайте, товарищ генерал, — ответил Калашников, деловито подтягивая матерчатую ленту со вздутыми карманами; из карманов торчали хвосты пятидесятимиллиметровых практических мин. — Я тут из брезента пошил сам, не очень ровно получилось. Но ничего, в крайнем случае зажуёт просто, это ничего. Вот здесь нитка рвётся, снаряд падает... сейчас, я лучше так покажу.
Он ухватился за приваренный сбоку болт и оттянул казённик... по крайней мере, другого названия для этой хлипковатой дверцы на пружине Карбышев сходу не подобрал. Продёрнув край ленты куда-то вглубь каморы, сержант отпустил болт; пружина захлопнула казённик.
- Вот и всё, — сказал Калашников. — Разрешите приступать?
- Приступай, орёлик, приступай, — кивнул генерал.
Михаил Тимофеевич кашлянул, потёр ладони и потянул за проволочный спуск.
- Ча-ча-бульк! — радостно сообщила труба. Клочья разорванного брезента осыпались на снег.
- Извините, — развёл руками изобретатель, — пока лента только одноразовая получилась. Слишком быстро тянет он её.
- Это всё?
- Ну да, товарищ генерал. Все три ушли.
Первым делом Карбышев склонился к бетонному блоку. От трубы дохнуло жаром, снег вокруг основания развезло слякотью. От основания в сторону крепости тянулся толстый силовой кабель в ядовито-оранжевой оплётке. Генерал присел на корточки, достал из футляра очки и проверил риски на стальных цапфах.
- Я так понимаю, без отката? — с некоторым недоверием уточнил он, разгибаясь и отряхивая колени. — Нагруженный ствол? Призрак авантюриста Курчевского одобрительно покачал налысо бритым черепом.
- Отдача, конечно, есть, — сказал Калашников, который призраков не видел, потому не боялся. — Но слабая очень. Я так придумал, за счёт воздуха. Видите, отверстия внизу? Поскольку пороховой заряд отсутствует, то и казённую часть закрытой делать ни к чему.
18
«артиллерийский выстрел» — это не процесс. Это совокупность гильзы, порохового заряда, снаряда, взрывателя и всего остального, что требуется для производства «ба-бах».