В горах, между холмами и склонами, был город. Небольшой городишка, вокруг которого находились леса и поля, на которых выращивали виноград и оливы. Здесь не было богатых и не было бедных. Здесь были все равны. Впрочем, семья Аристона весьма отличалась от остальных. Их достаток был схож с положение главы Киферы. Впрочем, Аристид имел тесные связи с архонтом и тот сотрудничал с ним, поставляя корабли.
Киферяне обращали внимание на Аристона. Все здесь друг друга знали и появление чужеземца было весьма заметным. Многие здесь шептались и уже знали, что в город прибыл чужак.
– Так это? Чужеземец? – Спрашивали люди.
Аристон окутывался в плащ, прикрывая лицо. Для него сейчас было потрясением смотреть на Киферу, а не на руины. То, что никакой катастрофы не было – в этом он сейчас убедился. Поэтому, медленным, семимильным шагом, он волей-неволей направлялся к месту, где родился.
«Эмилий…Неужели он знал? Не верю.» Да, он не хотел в это верить. Верить в то, что император специально не пускал его в Киферу, зная, что остров не был уничтожен. Зачем? Зачем эта ложь? Зачем спектакль? Как глупо! Выходит, даже Креон лгал ему, когда говорил, что его сын якобы остался на Кифере и погиб? Ии быть может, он тоже не знал и император лгал ему?»
Аристон настолько ушёл в свои думы, что не заметил проходящего рядом человека. От сильного удара, с Аристона слетел капюшон.
– Простите, я вас не заметил, – проговорил Аристон, снова надевая капюшон.
– Аристон? – Неожиданно спросил человек.
Юноша мельком взглянул на человека, в которого он неуклюже врезался. Это был Эвенет, парень, с которым он вместе занимался в палестре. За это время он здорово вырос и возмужал. На лице появилась кучерявая борода. В отличие от Аристона.
– Нет, вы обознались, – ответил Аристон и постарался уйти. Но Эвенет был сильным юношей. Он остановил его, схватив за локоть.
– Аристон, это правда ты? – Снова спросил Эвенет. Он был явно рад его видеть. – Ты всё так же прекрасен. Где ты пропадал? Наставник сказал, что ты сбежал с острова на олимпийские игры. Ну как? Защитил родину?
– Олимпийские игры?..– Не понял Аристон. Он уже и забыл, что когда-то хотел сбежать в Афины.
«Значит родители думают, что я сбежал в Афины. Они меня ненавидят…Проклятье!»
– У тебя странный греческий, ты словно чужеземец, – заметил Эвенет.
За всё время Аристон совершенно отвык разговаривать на родном языке. Эвенет приобнял его за плечи и повёл.
– Идём, расскажешь мне всё за обедом, – сказал Эвенет.
Аристон не стал возражать. Он вообще ничего не говорил, всё ещё пребывая в потрясении. Это не бред и не сон. Это реальность. Кифера существует, значит и его родители – тоже живы.
Эвенет привёл Аристона в свой собственный дом. Два года назад он женился на дочери фесмофета6*. Дом был весьма большим, впрочем, до дворца ему ещё далеко. Здесь Аристон чувствовал себя неуютно и весьма тесно. Эвенет провёл его в мегарон – мужскую половину дома и приказал своим рабам подать обед на двоих. Эвенет прилёг на ложе и начал попивать вино.
– Рассказывай, как дела? Где ты был всё это время? Мне безумно интересно знать!
Аристон осмотрел комнату и снял с себя тёплый плащ. Подошедший раб тут же забрал его и повесил на крючок.
– Налейте ему вина, ну же!
Молодая рабыня взяла глиняный кувшин и медленно, и неуверенно начала заполнять бокал. Она явно нервничала перед новым гостем. Аристон принял вино и отглотнул немного. Вино сильно отличалось от римского. Нежное и не разбавленное.
– Благодарю тебя за гостеприимство – проговорил наконец Аристон. – Но мне уже пора.
Аристон поднялся с места и хотел уйти. Но Эвенет вежливо остановил его.
– Прошу, не покидай меня, Аристон. Я хочу познакомить тебя со своей женой и сыном.
Аристон нехотя остановился, присев на прежнее место. Эвенет попросил раба позвать свою супругу. Через несколько минут явилась молодая женщина. Весьма красивая, но печальная.
– Гермонасса, познакомься с моим старым другом – Аристоном, – сказал Эвенет.
Женщина почтительно поклонилась Аристону, не поднимая глаз. В Риме женщины имеют намного больше прав, чем на Кифере…
– Гермонасса, спой мне и моему гостю что–нибудь, – попросил Эвенет, после чего шёпотом добавил. – Она у меня прекрасно поёт.
Гермонасса выпрямилась и начала петь унылую песню. Похожую на ту, что поют в храмах. Заметив, что Аристон скучает, Эвенет попросил прекратить свою супругу петь и приказал привести сына.