Что делать дальше — у него пока не было ни единой мысли. Как только что сообщил ему собственный, проверенный источник в генеральной прокуратуре, пока главным подозреваемым в деле по перестрелке на Каширке, как ни странно, считают именно его.
«Ну, сами посудите, Валентин Петрович, — говорил ему “источник”, некогда словоохотливый, но теперь явно желающий побыстрее закончить разговор, — убит ваш ближайший помощник. Накануне его лицо публикуется в прессе на компрометирующей вас фотографии. По сути, это ж чуть ли не единственный человек, кто мог бы подтвердить достоверность снимка. В любом случае, ваш интерес в его смерти для многих очевиден. Так что берегитесь, Валентин Петрович!»
«Ну и сволочи…» — смог лишь выдохнуть в ответ Чеботаревский.
«Это уже лирика, Петрович, — говорил источник. — Пока вы на свободе, что-то еще сможете предпринять. А “запрут”, все — пиши пропало. У вас в данный момент даже нет элементарной депутатской “подушки безопасности”[22]! Так что, мой совет — спасайте свою шкуру!»
«Источник» также поведал, что по всем полицейским отделениям уже разослана ориентировка на его задержание. Организуется особая оперативная группа — куда бы он ни сунулся, везде его уже будут поджидать. Мало того, дана команда на арест всех его счетов, включая заграничные…
«Кишка тонка, до счетов моих докопаться!» — со злорадством отметил про себя тогда он, но спросил своего собеседника, отказываясь верить тому:
— Бог мой, но почему так быстро? С момента ЧП на Каширке прошло всего лишь чуть больше часа. Обычно, насколько я знаю, чтобы раскочегарить эту вашу полицейскую машину требуется…
— Здесь, Валентин Петрович, сработали чуть ли не космические ускорители, — проинформировали его в ответ. — Знаете, такие, как на космических ракетах.
— М-да… Мне кажется, я даже знаю имена этих ваших ускорителей. Мерзавцы!
Но самым печальным известием для Валентина Петровича, безусловно, стала информация о гибели Пахома. Вроде бы совсем недавно, какой-то час назад, он разговаривал с ним по телефону, предупреждал, чтобы тот был поаккуратнее…
Плохо предупреждал, выходит?
Правда, в первую секунду, как только эта ужасная новость дошла до бывшего вице-премьера, он не особо и расстроился. Мысленно он уже пребывал за границей, слушал шум прибоя не берегу живописного зеленого острова. Места старым друзьям там, естественно, не было. Только прекрасным нимфам дозволено было в тех мечтах Валентина Петровича ласкать его взор.
Однако, оставив мостик и оказавшись в автомобиле, Чеботаревский вдруг почувствовал, как к горлу подступил ком. Хотелось… — нет, не заплакать! — а взвыть волком, разрыдаться во весь голос. Только теперь Валентин Петрович осознал, что с уходом Пахома он осиротел — в прямом смысле этого слова. Не с кем теперь посоветоваться, некому довериться…
— Едем? — вернул его к действительности голос водителя.
Чеботаревский, затуманенными глазами взглянув на него, запел:
— Что с вами, Валентин Петрович? — озабоченно спросил Санта, дотронувшись до плеча бывшего вице-премьера.
— А? Со мной? Нет, ничего… Со мной все нормально, — попытался взять себя в руки Чеботаревский. И обратился к водителю: — Понял? Не гони. Тихонечко, тихонечко езжай. Чапай думать будет.
— Кто будет думать? — не понял водитель.
— Не важно… Езжай…
Машина тронулась и начала медленно набирать ход. Впереди показался выезд на свободное Ленинградское шоссе — пробку на нем им все же удалось благополучно объехать. И теперь водителю, очевидно, было не просто сдерживать сотни лошадиных копыт, нетерпеливо бьющих изнутри по широкому капоту автомобиля. Но Валентин Петрович ничего этого не слышал и не видел. Он вновь отрешился от реальности, пытаясь включить форсаж для собственных мозгов. Нужно было искать какой-то выход из сложившейся ситуации.
Но какой?
Насколько он понял, в бойне на Каширке уцелели его охранник Вадим и «подсадная уточка» Эллис. Причем не просто уцелели, а благополучно покинули место перестрелки. Только телефона Вадима, своего охранника, он не знал, потому как считал, что забивать собственную голову, как и память своего мобильного телефона, номерами всяких служанок да охранников не стоит; Эллис же, прилетевшая из Швейцарии, возможно, вообще не успела обзавестись сим-картой какого-нибудь российского телефонного оператора. Как вот теперь связываться с ними?