Как Роберту хотелось в это верить!
Вечером Джулия показала ему то, что купила в магазинах.
— Вот, костюм для тебя… ты бы хоть примерил… а то вдруг еще не подойдет… менять придется. Уже ведь завтра вечером… времени мало осталось.
Роберт безучастно кивнул.
— Мое ты уже видел… это я купила для… вдруг она придет, и обнаружится, что у нас нет для нее платья?.. Вот, надо быть готовыми, а то очень плохо получится… я думаю, она все-таки придет!
Роберт во второй раз безучастно кивнул.
И взглянул на третий пригласительный билет.
Может быть… и правда придет…
***
Элрой крутился у зеркала.
Большое Заседание уже сегодня! Оставалось не больше получаса до его начала.
Он должен быть сегодня безупречен.
Он должен. Каждая мелочь имеет значение. Каждая!
Даже галстук. Это вовсе и не мелочь. Если же это мелочь, то он не стал бы тратить на нее целых два часа.
Вот уже два часа он пытался подобрать тот, который идеально подошел бы к его лучшему костюму. Потому что все сегодня должно быть идеально.
А галстуков было много. Выбор был велик. И очень труден. Даже для такого искушенного в галстуках лица, как Элрой.
Они все, вроде, были коричневыми, но при этом разной степени коричневости. Поэтому Элрой уже два часа завязывал и развязывал то один, то другой… к тому же, он знал множество способов, как их завязать, — что только подбавляло дополнительных вариантов…
Впрочем, он благодарил свой гардероб и галстуки за возможность потратить на них столько времени. Он все уже подготовил к сегодняшнему дню — и если б не они, то просто не знал бы, чем себя занять и не находил бы от волнения места.
Ничего нет важнее, чем его выступление сегодня!
Все решится сегодня.
Если Бдэчж решил, что он сдался, то он глубоко заблуждается.
Элрой не из тех, кто сдается, не испробовав все возможные варианты. И он умеет выжидать. Выжидать до тех пор, пока не представится действительно подходящей возможности!
Такая именно сегодня!
И больше такой не будет… по крайней мере в ближайшие пять лет.
Именно сегодня — и все зависит только от него теперь! И ни от кого другого!
Элрой сотни раз уже повторил свою речь в голове. То, что он собирался сказать, сильно отличалось от того, что он писал два дня назад. Он не стал менять записанное… зачем оно ему? И лучше он скажет все без бумажки, своими словами.
Не нужна ему никакая бумажка.
Он сможет. Да, он сможет.
В подобных размышлениях и самоуверениях он завязывал очередной галстук.
И вдруг узнал такое, что его всего просто затрясло от негодования![141]
Негодования!
Не то слово!
Ярости?
Элрой не знал, как назвать то, что он почувствовал.
Это был какой-то смешанный поток чувств и эмоций, совершенно не расчленимый ни на какие составные части.
Как бесчеловечно! Как низко! Как подло!
Как отвратительно!
Как отвратительно то, что приказал Бдэчж только что своим людям!
Такое в голове не укладывается!
Как можно было?!
Элрой постарался хоть как-то сдержать себя. Он думал почти четверть часа[142], прежде чем принять решение.
Это был его новый рекорд. Обычно у него уходило около 10 секунд; максимум, для самых запутанных случаев — не многим более пяти минут.
Но сейчас вовсе не тот случай.
Совсем не тот!
Такого с ним еще не случалось!
У него в этот раз не было права на ошибку.
Элрой оценивал все возможные варианты. И пытался найти самый оптимальный.
А выбрал в итоге самый безумный. Но, как он уверился, единственно возможный.
Нельзя было больше выбирать тот вариант, что ему самому казался бы полегче… слишком рискованно. И непростительно будет ошибиться! Тогда уже точно будет слишком поздно для исправлений.
Он абы как дозавязал тот галстук, что был у него на шее, и бросился вниз, к телепортаторной будке.
Элрой редко пользовался будками, но сейчас он искренне порадовался их существованию.
Нельзя было больше терять времени! Ни секунды! Он и так решался слишком долго!
А будка как раз работает так скоро и замечательно!
Он указал ремонтный цех космических кораблей.
Через несколько секунд он был уже у его дверей.
Чтобы пройти внутрь, не требовалось ничего, кроме как набить несколько примитивных шестнадцатеричных секретных кодов.
На это тоже ушло мало времени.
Никто не обратил на его появление внимания. Да и кому было?
Во-первых, сегодня официальный праздник[143], и все следят за торжественным открытием Заседания, а, во-вторых, в самом цехе давно уже работают одни только роботы. Вот сводки об их работе составляют люди в офисах… и чаще всего в течение жизни они наблюдают за самим процессом работы этих роботов раза два-три. Так лишь, когда только поступают на службу и когда у них еще не пропадает окончательно интерес к тому, над чем, собственно, они будут работать всю жизнь.