Рот раскрывай не во всю ширину, пусть будут прикрыты
Зубы губами, и пусть ямочкой ляжет щека.
285 Не сотрясай без конца утробу натужливым смехом —
Женственно должен звучать и легкомысленно смех.
А ведь иная, смеясь, неумело коверкает губы,
А у иной, на беду, смех на рыданье похож,
А у иной получается смех завыванием грубым,
290 Словно ослица ревет, жернов тяжелый взвалив.
Что не подвластно науке? И смех подвластен, и слезы —
Каждая знает для слез время, и меру, и вид.
Ну, а что уж о том говорить, как нарочно картавят
И по заказу язык нужный коверкает звук?
295 Этот невнятный лепечущий выговор — тоже ведь мода:
Нужно учиться болтать хуже, чем можешь болтать.
Все, что на пользу вам может пойти, на заметку берите:
Нужно бывает подчас даже учиться ходить.
Женская поступь — немалая доля всей прелести женской,
300 Женскою поступью нас можно привлечь и спугнуть.
Вот выступает одна, развеваются складки туники,
Важно заносит ступню, ловким бедром шевелит;
Вот другая бредет, как румяная умбрская баба[99],
И отмеряет шаги, ноги расставив дугой;
305 Эта — слишком груба, а эта — изнежена слишком:
Что ж, как во всем, так и здесь верная мера нужна.
Но непременно сумей обнажить свою левую руку —
Локоть открой напоказ, ниже плеча и плечо.
Это я вам говорю, у которых белая кожа:
310 Каждый к такому плечу рад поцелуем припасть.
В дальних когда-то морях чудовища жили сирены
И завлекали суда пением звонким своим.
Отпрыск Сизифа Улисс меж замкнувшими уши единый
Путы едва не порвал, их услыхав голоса.
315 Славная пение вещь: учитесь пению, девы!
Голосом часто берет та, что лицом не берет.
Пробуйте голос на песнях, которые петы в театрах
Или которые к нам с нильских пришли берегов[100].
Правой рукою — за плектр, а левой рукой — за кифару,
320 Женщина, взяться умей: вот пожеланье мое!
Скалы и диких зверей чаровала Орфеева лира,
И Ахеронтову зыбь, и трехголового пса;
Сын, отомстивший за мать[101], твоей оживленные песней
Камни послушные шли в кладку фиванской стены;
325 Рыбу немую и ту, если давнему верить рассказу,
Пеньем и лирной игрой славный пленил Арион,—
Так научись же и ты на струны игривые наблы[102]
Быстрые руки бросать: набла — подруга забав.
Знай и косского строки певца[103], и стихи Каллимаха,
330 Знай и хмельные слова музы теосских пиров[104],
Знай сочиненья Сафо (что может быть их сладострастней?),
И как хитрец продувной Гета[105] дурачит отца;
С пользою можно читать и тебя, наш нежный Проперций,
Или же ваши стихи, Галл и любезный Тибулл,
335 Или Варронов рассказ о том, как руно золотое,
Фрикс, на горе твоей послано было сестре,
Или о том, как скитался Эней, зачиная высокий
Рим, — знаменитей поэм не было в Риме и нет.
Может быть, к их именам и мое вы добавите имя,
340 Может быть, строки мои минут летейскую топь,
Может быть, кто-нибудь скажет и так: «Не забудь и поэта,
Что наставленья свои дал и для нас и для них,
Три его книги возьми[106], любовных собрание песен,
Выбрав, что можно из них голосом нежным прочесть,
345 Или сумей выразительно спеть одно из посланий[107]
Тех, которые он первым из римлян сложил».
Пусть это сбудется! Сделайте так, дорогие Камены,
Феб-покровитель и ты, рогом украшенный Вакх!
Далее, как не сказать, что надо уметь от застолья
350 В пляске пройтись, щегольнув ловким движением рук?
Гибкий плясун на подмостках всегда привлекает вниманье —
Так хороша быстрота и поворотливость тел!
О мелочах говорить не хочу — что надо и в бабках
Толк понимать, и в игре в кости последней не быть:
355 Надобно знать, то ли трижды метнуть, то ли крепко подумать,
Что принимать на себя, в чем, подчинясь, уступить.
Если играешь в «разбойников», будь осмотрительна тоже[108]:
Пешка, встретясь с двумя, сразу уходит с доски,
Воин без пары своей и стесненный борьбу продолжает,
360 Вновь повторяя и вновь соревновательный ход.
Гладкие шарики пусть насыплют в открытую сетку —
101
Сын, отомстивший за мать... — музыкант Амфион, сын Антиопы, с братом своим Зетом укрепивший Фивы.
103
Косский певец — Филет, обычно упоминаемый вместе с Каллимахом как зачинатель эллинистической поэзии.
108
В игре в «разбойники» целью было поставить неприятельскую шашку между двумя своими, чтобы снять ее, или запереть ее в углу доски, чтобы она не могла «повторять ходы».