В начале января 2010 года я уехала в Мексику, чтобы осуществить два коротких заплыва. Я остановилась у хороших знакомых в Тодос-Сантосе, к северу от Кабо-Сан-Лукаса на южном мысе Калифорния. Один местный рыбак по просьбе моих друзей согласился сопровождать меня на своей лодке. Прибрежный ветер в тот день взбивал воздух, словно сливки, и в атмосфере стояла приятная прохлада, торопившая нас приступить к делу. Температура воздуха – около 60 по Фаренгейту, воды – 68. Мой рыбак ждал отплытия с таким видом, будто происходящее его совсем не волнует. Так на самом деле и было. Он просто хотел убедиться, что ему возместят ущерб за этот день, когда он не выходил за уловом. На рыбаке была толстая водолазка из флиса. А тем временем весь город обсуждал нашу экспедицию.
Море вскипало. Волны резко поднялись на 4–5 футов над поверхностью. Каждый час я подплывала к лодке, чтобы утолить жажду глотком воды, а голод – кусочком банана. Мой сопровождающий стал менее равнодушен и начал сопереживать мне. Знаками рыбак объяснял, что мы меняем курс с целью выбраться из этих волн. Каждый раз, когда складывалось впечатление, что я отлично справляюсь со стихией и бойко начинаю грести, он кричал: «Браво!»
В 6.22 я сказала, что на сегодня хватит. О берег ударялись волны высотой в 10 футов. Мой спутник согласился и направил лодку в безопасное место на побережье, где мы могли спокойно выйти на берег.
Желание закончить марафон было всепоглощающим, я выгадала момент затишья между волнами, опустила голову в воду и сделала последнее усилие. Я пыталась стоять по пояс в воде, но подводное течение было настолько свирепым, что пришлось ползком под водой добираться до берега. Рыбак с распростертыми объятьями бежал в мою сторону. В глазах этого равнодушного, совершенно невпечатлительного человека стояли слезы. Он стиснул меня медвежьей хваткой. Меня била дрожь, тепло его тела согревало меня. Прижимая меня, рыбак кричал: Corazуn![27] Подруга Линда затащила меня в дом и заставила опуститься в горячую ванну, от которой шел пар. Ава, ее четырехлетняя дочь, уселась на край и пристально разглядывала меня. Малышка понимала, что мне неловко, но она не пошевелилась и не сказала ни слова. Через 40 минут, когда мое тело больше не билось в ознобе, она положила маленькую ладошку на мою щеку, пристально взглянула темными глазами и спросила: «Зачем?»
Ребенок задает вполне себе уместный в моей ситуации вопрос. И очень справедливый. Я знала, что люди из реального мира не понимали меня. Но мой мир, где главными были поиск вдохновения, честь, обещания самой себе, заслонял меня от недоумения и непонимания окружающих. Я не буду хвастаться этим шестичасовым заплывом. Но на обратном пути в Лос-Анджелес я осознала, что у меня нет выбора. Теперь я буду двигаться только вперед.
Серьезные тренировки в ходе подготовки к Кубе-2010 должны были начаться уже в январе. За полгода до экспедиции. Пришло время посвятить в свои планы единомышленников.
Первой я рассказала Бонни. Она спокойно выслушала мою речь. Затем сказала, что ей надо время, чтобы все обдумать. Это был радикальный поворот событий. Для начала Бонни требовалось хотя бы научиться плавать. Моя сестра Лиза и племянник Тим, а вместе с ними и Нина прыгали от счастья. Кэндис отреагировала по-другому, встретив эту новость молчанием. Она была единственной, кто от начала и до конца видел, что мне пришлось пережить во время последнего Кубинского заплыва. Когда я откровенно говорила с ней о возрождении моей Мечты, Кэндис явно не была в таком же восторге, как я:
«Ты была там и попыталась. Зачем ворошить прошлое? Это не твой путь. Ты – единственная, кто вел нас только вперед. Ты – наш лидер. Твоя мечта слишком устарела. Ты талантлива. Почему ты не делаешь шоу, о котором рассказывала, твое шоу? Зачем тебе все это? Я не понимаю».
Однако, как только началась серьезная подготовка, Кэндис, кажется, начала понимать. Она вошла в состав Команды. Воспарив духом, я каждый день требовала от себя большего, чем вчера. Я льстила себя надеждой, что и Бонни, моя правая рука, наконец вдохновится происходящим. Организация Экспедиции, мои физические и эмоциональные перегрузки – раньше она была в ответе за все. Но я не давила на нее. Бонни нужно было оставить в покое. Она сделает правильный выбор.