Глава 16
2010. Начало
Чтобы выбрать место для зимних тренировок, потребовалось время. Нужно было найти море, с достаточно теплой температурой воды и расположенное не слишком далеко: полет к нему из Лос-Анджелеса, где находится мой дом, не должен отнимать слишком много времени. Я живу на побережье Тихого океана, и вода здесь слишком холодная, чтобы плыть в ней два дня подряд. Я штудировала свои контакты на Гавайях, в Мексике, Флориде. В январе, феврале и в марте температура воды там вряд ли поднимется выше 70 градусов, что подходит для заплывов на 7–8 часов. Я же собиралась увеличить время пребывания в океане до 10 часов в день. Марафоны в холодной воде – не мой конек. Но даже самые лучшие пловцы, которым любые условия нипочем, не смогли бы плыть на протяжении 50–60 часов иначе, как при температуре тропических вод.
Я вспомнила, что моя подруга курирует рыболовецкие суда к югу от Канкуна. Ее звали Кэти Лоретта, и она являлась своего рода последовательницей Барбары Уолтерс[31] на мексиканском радио. Проработав на радио 30 лет и взяв интервью у каждого высокопоставленного лица, хоть раз посещавшего Мексику, она почти отошла от дел. В милом очаровательном местечке под названием Пуэрто-Морелос (побережье Юкатана) Кэти наслаждалась каждым днем и с радостью согласилась помочь мне связаться с ее знакомыми рыбаками из тех мест. Но она предупредила, что в это время вода вряд ли нагреется выше, чем на пять градусов. И такая ситуация продолжится до апреля. Мы решили связаться снова, когда наступит апрельское потепление.
Нина, чье детство прошло на острове Сен-Мартен в Карибском архипелаге, вспомнила, что ее подруга вышла замуж за одного капитана, и предложила позвонить им. Этот Карибский участок отлично подходил для моих занятий. Температура воды не опускалась ниже 75 градусов по Фаренгейту, никаких опасных акул и медуз. А еще там было гладкое, песчаное, абсолютно чистое от рифов дно.
Последнюю неделю января я провела на острове Сен-Мартен с Майей и Дэвидом Маршенами. Они помогали мне пережить тяжелейший зимне-весенний период, в течение которого я совершала свои первые за несколько десятилетий долгие заплывы. Это была потрясающая пара, которая всю жизнь вместе бороздила океан. Их дети знали и любили море: они путешествовали с родителями от одного порта к другому. Был очень ветреный день, и я не могла представить, сколько мой организм выдержит в таких условиях. Дэвид многие мили шел с нами на своей яхте, чтобы просто показать мне примерную точку моего 15-часового заплыва в такую погоду. В следующие 15 часов, по его прогнозам, я уже коснусь берега. Эта семья по-настоящему заботилась обо мне. Им передавалось мое волнение.
Дэвид – англичанин, выросший на Багамах. У него были светлые волнистые волосы: когда морской ветер трепал его прическу, он приходил в восторг. Дэвид являлся опытным матросом, настоящим морским волком. Кроме того, этот человек любил хорошие истории и еду. Дэвид стоял на корме нашей лодки, и из воды мне казалось, будто он обдумывает невероятно важные философские вопросы. Однажды, после приема пищи, я спросила: о чем ты так серьезно раздумываешь? Дэвид ответил: «Я представлял бутерброд с тунцом и соусом песто, политым лимонным соком».
Дэвид провел многие часы, исследуя Флоридский пролив. В это время штурвал передавался Майе – опытному капитану, с невероятной способностью концентрироваться. Она старалась держать меня на уровне середины судна по правому борту, чтобы мы могли видеть друг друга, а она могла бы наблюдать каждое мое движение. У нее все еще был легкий голландский акцент, и выглядела она как настоящая островитянка: высокая, гибкая босая блондинка. Я ценила ее умение слушать. Ей были интересны все детали путешествия. Майя спрашивала, как я себя чувствую, находясь столько часов в воде. Очень часто по вечерам меня бил озноб, я замерзала – сказывались последствия морской болезни и качки. Майя в такие моменты сразу же готовила для меня горячую ванну и напиток. От пристани она провожала меня к дому, где я приходила в чувство. Дэвид и Майя здорово помогли мне в те три дня, когда я совершала самый долгий заплыв после возрождения Кубинской мечты. В следующей поездке на остров меня сопровождала Бонни, которая хотела посмотреть, сможет ли она взять на себя роль главного Помощника.
С самого первого дня именно Бонни могла понять, что по-настоящему происходит с моим организмом. Она предугадывала незапланированные приемы пищи. Чувствовала приближение обезвоживания, еще до того момента как оно наступало. Бонни видела, когда мои плечи не справлялись с нагрузкой, и в итоге это она решала, буду ли я плыть в этот день 9 часов или лучше сократить до 6. Она знала, сколько мне следует работать и отдыхать, чтобы в воде я не теряла сосредоточенности и настроя.
31
Известная американская теле– и радиоведущая, журналистка, автор собственных программ на радио.