Выбрать главу

Ее охватывало беспокойство, когда она вспоминала, как мало нарядов в ее дорожном сундуке, прикрепленном к задку дорожного экипажа.

С собой Антея взяла свое только что сшитое платье, самое нарядное платье Таис, с которой у них были почти одинаковые фигуры, и два платья матери. Допоздна она с сестрами ушивала мамины платья в талии и укорачивала подолы.

Все дочери леди Фортингдейл умели хорошо шить. Этому их научила старая няня. Благодаря ее урокам девушки могли довольно искусно копировать последние модели платьев из модных журналов, в которых были самые элегантные туалеты на все случаи жизни.

Единственная сложность заключалась в том, что простые и строгие фасоны, которые были в моде во время войны, уступили место гораздо более сложным и легкомысленным.

Теперь юбки пышно отделывали кружевом или оборками, иногда прихваченными букетиками цветов. Лифы с глубоким декольте и высокой талией украшались таким же образом.

Антея знала, что платья, которые она взяла с собой, красивы и, без сомнения, идут ей. Но в то же время, они очень просты и сшиты из самого дешевого материала.

— Может быть, меня никто и не заметит, — подумала девушка, но тут же поняла, что этого она не хотела бы ни за что на свете.

Очень важно, чтобы ее дебют не остался незамеченным, но еще важнее, чтобы нашелся один подходящий холостяк, который сочтет ее достойной восхищения и предложит руку и сердце.

Ей было чрезвычайно любопытно, каких джентльменов пригласит крестная, чтобы познакомить с ней. Ответ на этот вопрос она надеялась получить уже сегодня вечером, как только приедет в Лондон.

Экипаж подъехал к особняку Шелдонов на Керзон-стрит после обеда, ближе к вечеру.

Дом производил внушительное впечатление, хотя он и не стоял в саду, как почему-то представляла себе Антея. Входная дверь с портиком выходила прямо на широкую тенистую улицу. Но как только Антея вошла в холл с мраморным полом и изящной витой лестницей, она поняла, что это самый шикарный дом, который ей доводилось видеть.

Антею проводили в салон, превосходивший своей элегантностью и роскошью все ее прежние представления о доме ее крестной.

Она увидела мебель с инкрустацией, дорогие предметы искусства из золота и эмали, севрский фарфор. Стены украшали прекрасные портреты предков графа и графини Шелдон.

Не успела Антея как следует оглядеться в доме крестной, как в дверях появился дворецкий и сообщил, что ее милость отдыхает, но просит мисс Фортингдейл подняться в ее будуар.

Антея была испуганна и взволнованна, и это чувство не исчезло, когда она вошла в будуар своей крестной.

Она знала, что Дельфина Шелдон на несколько лет, но не на много, моложе ее матери. Она ожидала увидеть женщину средних лет, чья молодость уже позади.

Увидев графиню, девушка поняла, как она ошибалась.

Крестная полулежала на софе в очень открытом неглиже из изумрудно-зеленого газа и выглядела, как показалось Антее, лишь немного старше, чем она сама.

Она и представить себе не могла, что женщина может выглядеть такой соблазнительной!

Антея подошла ближе и смутилась, так как прозрачное неглиже ничуть не скрывало стройное гибкое тело. Невозможно было представить себе, чтобы это могла быть женщина старше двадцати лет.

— Антея, дитя мое! — протягивая к ней руки, с воодушевлением воскликнула Дельфина Шелдон. — Как я рада видеть тебя, дорогая девочка! Надеюсь, путешествие было не слишком утомительным?

Антея, немного смущенная и растерянная, сделала реверанс, подошла к крестной и пожала нежные белые руки графини.

— Вы так добры ко мне, крестная, — сказала она.

— Я так рада твоему приезду! Я действительно очень рада, — продолжала графиня. — Очень жаль, что твоя мать не написала мне раньше! Я даже не могла себе представить, какая ты теперь уже взрослая. Ты должна меня простить!

Графиня вглядывалась в лицо Антеи, и девушка чувствовала, что лучистые зеленые глаза отмечали каждую деталь ее внешности.

— Ты хорошенькая, Антея, — помолчав, сказала графиня, — но совсем не такая, какой была твоя мать в этом возрасте.

— Как все говорят, я больше похожа на папу, — ответила Антея. — А Таис и Феба очень похожи на маму. У них такие же светлые волосы и голубые глаза.

— Когда мне было пятнадцать, я считала твою мать самой прекрасной на свете, — заметила графиня.

«Без сомнения, — подумала Антея, — крестная — самая красивая из женщин, какую только можно себе представить».

Дельфина Шелдон с ее ярко-рыжими волосами, свободно рассыпавшимися по плечам, прекрасными миндалевидными зелеными глазами и такими соблазнительными алыми губами произвела на девушку потрясающее впечатление.

— Ты должна мне все рассказать о своей семье, — сказала графиня, — но позже, после того, как ты как следует отдохнешь с дороги и переоденешься к обеду. Сегодня вечером я устраиваю прием в твою честь, а потом я возьму тебя в «Элмакс».

— Сегодня вечером? — переспросила Антея, которая не ожидала, что ее дебют состоится прямо в день приезда.

— А почему бы и нет? — удивилась графиня. — Чем скорее ты появишься в свете, тем лучше! Мне удалось получить для тебя приглашение от моей подруги княгини Эстерхази. Уверяю тебя, Антея, для девушки, которая только что приехала в Лондон, большая удача сразу получить приглашение в этот дом, его добиваются многие!

— Я вам очень благодарна, крестная!

Как показалось Антее, графиня что-то решила про себя, и лишь потом сказала:

— Я все думаю, Антея, как ты будешь меня называть. Крестная — звучит почти также, как бабушка, а тетя — тоже плохо!

Антея промолчала, и графиня продолжала:

— Думаю, будет лучше, если ты будешь называть меня кузиной Дельфиной. Кузина может быть любого возраста, правда?

— Да, конечно, — согласилась девушка.

— Мы с твоей матерью вполне могли бы быть родственницами. Мы были так близки, и дома наших родителей стояли по соседству. Думаю, так будет лучше всего.

— Да, конечно, — кивнула Антея.

— Значит, ты будешь называть меня кузина Дельфина. Не забывай, пожалуйста.

— Я запомню, — пообещала девушка.

Графиня позвонила в маленький золотой колокольчик, стоявший на низком столике возле софы.

Горничная миледи тотчас же появилась в дверях.

— Мария, это мисс Фортингдейл, — сообщила ей графиня. — Проводи гостью в ее комнату. Надеюсь, служанки уже распаковали ее сундуки. — Да, миледи, — ответила Мария.

— До свидания, Антея. Встретимся в салоне перед обедом. Надень свое самое красивое платье и помни, первое впечатление — самое важное, — напутствовала свою крестницу графиня Шелдон.

Антее пришлось вспомнить слова крестной этим же вечером, когда они были в «Элмакс». Там она поняла, что, без сомнения, одета хуже всех девушек, присутствовавших на приеме.

Ее внешность, как казалось, не имела никакого значения, потому что никто не обращал на нее внимания. Но Антея прекрасно сознавала, что в бальном зале ее простое белое муслиновое платье с одной оборкой никак не может сойти за настоящий бальный наряд.

Платья присутствующих девушек из атласа, газа, шелка, батиста и тюля были расшиты золотыми и серебряными блестками и отделаны кружевом, вышивкой, цветами и рюшами. Каждый туалет представлял собой настоящее произведение портновского искусства, а маленькие рукавчики-буфы были так же изысканны, как и юбки.

Неудивительно, что Антея чувствовала себя среди нарядных девушек бедной сироткой из приюта.

«Я бедная деревенская мышка, — подумала она, — и никто не примет меня за что-нибудь другое».

За обедом в клубе присутствовало два десятка леди и джентльменов в модных дорогих нарядах и драгоценностях. Все они хорошо знали друг друга и, как догадывалась Антея, были близкими друзьями крестной.

Представляя девушку гостям, графиня не назвала ее имени. Она объяснила, что это ее кузина, которая приехала в Лондон, чтобы провести в столице остаток сезона. Джентльмены кланялись, дамы удостаивали ее кивком головы, а затем продолжали прерванный разговор.