Надо учесть, что США являются главным рынком сбыта продукции британских оружейных компаний, которая составляет 40% всего американского импорта оружия. Поэтому можно понять безоговорочную, готовность Лондона участвовать во всех предприятиях дяди Сэма. Столь же понятна и настойчивость, с которой «Стратеджик Ревю» рекомендует: «Необходимо увеличить существующие ресурсы совместных сил быстрого развертывания, некоторые части которых должны быть готовы к переброске в кризисные регионы менее чем за сутки». Лондон уже строит два новых авианосца, по своим размерам в два раза превышающие уже имеющиеся. Каждый из авианосцев обойдется в 4 миллиарда фунтов стерлингов.
Как предупреждают лондонские стратеги, «Великобритания должна располагать военными возможностями действовать одновременно на двух фронтах, если она хочет сохранить свои позиции в мире». Вот уж от кого не приходится ждать спокойных времен
…под давлением со стороны Берлина и Парижа
До сих пор Лондон всегда занимал сторону Соединенных Штатов в их действиях, направленных на то, чтобы помешать Европе обрести самостоятельность прежде всего в военной области.
«Однако, — подчеркивает Герпал Брер, — Великобритании все труднее сохранять свою позицию в связи с решением наиболее влиятельных стран — членов Европейского Союза, в первую очередь Франции и Германии, добиться принятия общеевропейской стратегии в сфере внешней политики и безопасности».
Поворотным пунктом в действиях Лондона можно считать подписание в декабре 1998 г. соглашения в Сен-Мало, когда он отказался от традиционного противодействия формированию единой европейской политики в военной области. В своем комментарии Герпал Брер пишет: «Европейская буржуазия готовится к тому, что Делор назвал «войной за ресурсы XXI века», т.е. к схватке за новый передел мира, опираясь на надежные вооруженные силы, способные противостоять армии любого другого империалистического блока».
События в Косово только ускорили этот процесс. 29 мая 1999 г. в Тулузе, в самый разгар войны, Франция и Германия заявляют о своей «решимости всемерно способствовать оснащению Европейского Союза всеми необходимыми средствами для противодействия международным кризисным ситуациям», причем без прямого участия США. В своем комментарии, опубликованном 31 мая 1999 г., «Файнэншл Таймс» пишет: «События в Косово убедили французов в том, что Европа должна действовать независимо от США, так как по целому ряду приоритетов ЕС все больше и больше расходится с Вашингтоном».
Слияние компаний как экономическая необходимость
Чем же продиктована подобная настойчивость Берлина и Парижа? Причины этого лежат исключительно в области экономики: если европейская промышленность хочет играть заметную роль в мире, да и просто выжить, она обязана идти по пути слияния.
Клаус Науманн, руководитель военного ведомства Германии (см. «Лживый покер»), нащупал слабое место: «Хотя сумма военных бюджетов европейских стран составляет 60% от американского, они используют на 50% больше гражданского и военного персонала. При этом боеспособность их вооруженных сил составляет всего 10% от боеспособности армии США»[139].
Науманн выражает интересы европейского военно-промышленного комплекса: необходима перестройка военной промышленности для повышения отдачи капиталовложений. В связи с этим на ближайшие годы предусматривается проведение в жизнь следующих направлений в области промышленной политики. 1. Увеличение общих военных расходов Европы, в первую очередь на научно-исследовательские работы. 2. Увеличение производительности труда за счет массовых увольнений в ходе процесса слияния компаний, так как уровень концентрации производства в Европе гораздо ниже, чем в США. Например, производством ракет здесь занимаются двенадцать компаний (а в США — только три).
Англичанин Робертсон принимает эту логику: «Если мы как континент хотим иметь больший вес, нам следует избавиться от избыточных мощностей»[140]. И правительство Блэра выступает за слияние европейских оружейных компаний.