Глава 13. Мы обиделись, но пока воевать не будем
25 октября 1893 г Крым – Петербург.
Едем домой, как и по дороге в Крым, обратно возвращаемся целым составом: после паровоза первой прицеплена платформа с ландо, потом теплушка с лошадьми, следом классный вагон с Аглаей и Малашей, а также с грудой вещей в виде картонок, шляпных коробок, платьев и только потом мой вагон, где располагаемся мы с Машей. Сначала хотел взять в Питер еще и Ахмета, чтобы по дороге ухаживал за лошадьми, да потом татарчонок испугался, как он будет жить в северной столице, где там мечеть и никого-то он там не знает. Наверно, его все же родные отговорили, может оно и к лучшему, растерялся бы Ахмет править лошадьми на Невском и попали бы мы в ДТП. Так что, пришлось мне дать телеграмму Ефремычу, чтобы встречал нас с двумя бричками и кучера для ландо с собой прихватил. Доехали без приключений, дал пятерку помощнику машиниста, чтобы за лошадками ухаживал, поил-кормил и дерьмо на остановках выгребал – парень счастлив был от такого допзаработка. Домой добрались тоже без приключений, кухарка напекла моих любимых пирогов с капустой – Маша их тоже уважает.
После обеда все разошлись по своим комнатам отдыхать, а я стал просматривать почту и газеты. Оказывается, когда мы обсуждали перспективы китайско-японской морской кампании, в море уже вовсю гремели выстрелы – именно в тот день состоялось морское сражение между Бэйянским флотом под командованием адмирала Дин Жучана и Объединенным японским флотом под флагом адмирала Ито. В целом, сражение, как и в моей реальности, закончилось победой японцев, однако, были и существенные отличия. Как и в моей действительности, китайцы вышли гурьбой из устья реки, строясь в кильватерную колонну «по ходу дела» и мешая друг другу стрелять, но затем как-то справились и довольно бойко стали отвечать японской эскадре. Обе эскадры ползли со скоростью десять узлов из за худших, но более бронированных, ходоков.
Бой начался на дистанции всего 20 кабельтовых,[80] временами корабли сближались до 6 кабельтовых.[81] Несмотря на наличие в голове японской кильватерной колонны двух английских броненосцев (эти старые корабли и тормозили движение, для японской стороны лучше бы вообще их не было), китайские броненосцы первыми стали засыпать 12-дюймовыми снарядами старые калоши британской постройки, вызвав пожар на одном из них, а на втором попали в мостик, убив капитана и рулевого, из-за чего неуправляемый броненосец начал описывать циркуляцию. Строй японцев смешался и тут у китайцев открылся шанс разделаться с хвостовыми слабыми крейсерами, чем они не преминули воспользоваться. В результате после попадания двух крупнокалиберных снарядов с броненосца «Динюань» один из эльсвикских бронепалубников пошел на дно, досталось и старику «Фусо». А вот бронекорвет «Хиэй» как и в реальности, отличился, пройдя между сильными китайскими бронепалубниками (ну просто как бриг «Меркурий»), совершил удачный маневр и вышел из-под огня.
В этот момент адмирал Ито перехватил инициативу и двенадцатидюймовки его больших бронепалубников «Мацусима» и «Ицукусима» принялись громить китайские броненосцы, сами оставаясь вне досягаемости их выстрелов. Японцы попытались совершить маневр «палочка над «Т», который у них, хотя и получился нечетко, но позволил ввести в бой артиллерию нестрелявших бортов и поставить китайцев под невыгодный для них продольный огонь: один за другим пошли ко дну два небронированных китайских крейсера, а затем удалось сильно повредить бронепалубники «Цзиньюань» и «Лайюань». На броненосце «Цженьюань» начался пожар, который удалось предотвратить только самопожертвованием старшего офицера, бросившегося в пламя и подавшему воду в погреба боезапаса, иначе неминуемо произошел бы взрыв, уничтоживший броненосец. Стоит сказать, что и на японской эскадре было много случаев самопожертвования личного состава для спасения кораблей.
В результате боя броненосцы «Чжэньюань» и «Динюань» стали отходить к югу, надеясь укрыться в одной из бухт, отход прикрывал бронепалубный «Цзиньюань», второй бронепалубник «Лайюань» получил две пробоины ниже ватерлинии и был вынужден выбросится на прибрежную отмель. Чудеса храбрости показала бронированная китайская канлодка «Пинюань», которая из-за слабого хода отстала от своих сил и отстреливалась от японских бронепалубников, пока не кончились боеприпасы, после чего, открыв кингстоны, затонула со всем экипажем, спаслось около десятка матросов, все офицеры предпочли погибнуть вместе с кораблем. Китайские броненосцы и сопровождавший их бронепалубник добрались до Мозампо, где интернировались.
81
В реальную русско-японскую войну бои происходили на расстояниях 40–60 кабельтовых, стрелять начинали вообще с 80. Скорость не падала ниже 14–16 узлов, у японцев – на полтора-два узла выше.