Еще через сутки Хаким достиг стен города, проломленных в нескольких местах и закопченных. Над стенами ветер разносил вокруг неприятный запах гари и горелой плоти. Салех решил не прятаться, а выдать себя за нукера[92] кровного брата Салеха, князя Искендера. Так он и въехал через ворота, не спеша и гордо держа руку на эфесе шашки. Когда на первом перекрестке его окликнул, как показалось Хакиму, не очень вежливо, какой-то воин, обгладывавший баранью ногу, Хаким наехал на него лошадью и по-арабски сказал, что тот сын шакала и свиньи, недостойный даже касаться сапога посланца к эмиру Салеху от его кровного брата. Ашкер потянулся было за винтовкой, стоящей в шаге от него, прислоненной к стене дома, но Хаким опередил обжору и, приставив клинок шашки к горлу кочевника, велел звать старшего.
Через некоторое время на крик ашкера прибежал десяток кочевников самого разномастного и бандитского вида. Они было попытались спешить Хакима, но он, ловко орудуя двумя клинками, выбил у них из рук пики и сабли. При этом он кричал, что эмир страшно накажет ослушников, пытавшихся задержать посла его кровного брата, причем повторял это на трех языках. Угрозы поимели действие и атаману разбойников была предъявлена бумага с моим гербом и печатью, содержащая текст на русском и французском языках с просьбой оказывать содействие в выполнении поручения подателю сей бумаги. Атаман повертел бумагу так и эдак (видимо, ничего не понял) и сказал, что надо ехать к кази,[93] как он рассудит – так и будет. Поехали к кази, Хаким держался уверенно, подгонял кочевников, ругая их, что, мол, медленно идут, а у него срочное послание к эмиру. Постепенно он увеличил аллюр с шага до мелкой рыси и к кази разбойники прибежали, держась за стремя коня Хакима.
Кази выслушал, посмотрел на бумагу, сделал вид, что все понял и велел отпустить Хакима, Хаким попросил дать ему что-то вроде подорожной, выложив пять золотых. Кази тут же смахнул их полой халата в кувшин с «пожертвованиями» и написал корявыми закорючками что-то вроде подорожной, приложив перстень-печатку. Чиновник сказал, что эмир сейчас рядом со столицей эфиопов, и лагерь его находится в предгорьях рядом с дорогой на Аддис-Абебу, так что ехать надо по ней и мимо не проедешь. Хаким поклонился и поехал дальше. Еще пару раз его останавливали, но он предъявлял «подорожную» и его отпускали.
Проехал мимо пепелища дворца раса – это была большая куча еще дымящихся обломков и золы, в которой копошились тысячи людей – искали сплавившееся серебро и золото. У каждого был свой участок и он ревниво оберегал его от соседей – то и дело вспыхивали драки, сверкали ножи, а то и клинки побольше. Потом проигравшего в споре за ноги отволакивали дальше, к краю, а его участок переходил победителю. В сгоревших домах тоже сновали не то мародеры, не то несчастные жители искали уцелевшие пожитки. Так Хаким доехал до базара, где нашел лавку Исаака. Как и ожидал, она был разграблена и сожжена, выломаны даже металлические прутья, которыми были забраны окна. То ли их использовали в качестве оружия, то ли инструмента для поиска сокровищ, так как стены были тоже разломаны.
Хаким заметил, что лавки некоторых мусульманских купцов не были разорены и пошел узнать что-нибудь о судьбе Исаака. Соседи рассказали, что кочевники грабили преимущественно христиан и евреев, но и мусульманам тоже доставалось, особенно тем, кто, по мнению разбойников, не походил на последователя учения пророка. Евреев всех ограбили, кого помоложе – утащили в плен, чтобы продать в рабство, многих, кто оказывал хоть какое-то сопротивление, убили. Но про Исаака ничего не было известно, дело в том, что части евреев во главе с ребе удалось покинуть город еще до его осады и куда они ушли, никто не знает. Другие соседи уверяли, что видели, как Исаака вместе с другими мастерами уводят в плен.
Хаким вернулся в мастерскую и решил проверить пол на предмет схронов, для чего взял металлический прут и стал методично прощупывать пол в мастерской и комнатах. В одном месте он нашел затоптанную в пыль золотую монету, из чего сделал вывод, что сокровища уже найдены и унесены. Для очистки совести он пошел на задворки и там обнаружил своим «металлоискателем» более мягкий по сравнению с окружающей замлей, грунт, стал откапывать, но почувствовав за спиной неладное, обернулся и увидел кого-то, замахнушегося на него кинжалом. Скрутив нападавшего и отобрав кинжал, он понял, что тот еще мальчишка и спросил его кто он такой. Мальчишка молчал, тогда Хаким представился сам, сказав, что он послан князем Искандером к мастеру Исааку за деньгами от продажи пурпурного шелка и хочет забрать Исаака с собой в Россию, где тот будет в безопасности. Мальчишка словам не поверил, а попросил доказательств, тогда Хаким предъявил письмо с гербом князя Искендера. К удивлению ассасина, мальчишка знал французский и разобрал, что к чему, после чего представился Авраамом, племянником Исаака.