Если придётся выбирать, то я назовусь антидере.
– В этом мире нет никого, кто мог бы сравниться с ними в умении раздражать меня – или лучше сказать, нет никого похожего на них. Мысль о том, по какой кривой дорожке я пошёл из-за них, насколько моя жизнь порвана на части, сводит меня с ума. Когда я думаю о достойной жизни, которую мог бы прожить без них, мне становится плохо.
– Да что ты говоришь. Несмотря на это, кажется, вы отлично ладите.
Улыбка Ханекавы не исчезла.
Наоборот, она стала ещё шире.
– Похоже, вы копаетесь друг у друга в нижнем белье.
– …
Что ещё она обо мне знает?!
Не то чтобы я копался… но по её словам можно было подумать, что она знает о нашем с Цукихи утреннем разговоре.
И если так, она могла догадаться, куда и зачем я еду… ужасно.
Сатори.
Прозвище, Сати.
– Я ничего такого не делал, – решительно ответил я с видом альфа-самца, нарисованного в стиле Хары Тецуо [35]. – Мы только ссоримся. За пять лет мы ни разу не поговорили друг с другом. Если они пытались поговорить со мной, я их игнорировал.
– Врёшь.
– Нет, правда. Мы общаемся на языке тела.
– Вы хорошо ладите.
– За эти десять лет мы ни разу не виделись. Мы общаемся записками. Мы называем друг друга друзьями по переписке
– Я же сказала, вы хорошо ладите.
И правда.
Прохожему мы показались бы близкими родственниками.
– Это случилось даже сегодня. Даже сегодня, прямо этим утром, я поссорился с маленькой младшей сестрой. Она помацала мне руки своей грудью, это было ужасно.
– Она помацала тебе руки своей грудью?…
– Да! Серьёзно, от души помацала!
Я продемонстрировал сильнейшее возмущение, но, к сожалению, не смог заручиться поддержкой Ханекавы.
Вместо этого она широко открыла глаза от удивления.
Абсолютно белая…
Весёлый голос стих.
Я попытался начать заново.
– В любом случае, мы семья. Мы не можем враждовать друг с другом. Однако они в самом деле доставляют мне кучу неприятностей – хотя иногда происходит наоборот.
– В смысле, вы помогаете друг другу? Хорошо, теперь по описанию вы похожи на семью.
– Семью?
– Да, семью.
Ханекава шла с постоянной скоростью, словно всё следовало её плану. Я не отставал.
– Я говорила, что я – единственный ребёнок?
– Нет, вроде бы. Никогда об этом не слышал.
Хотя теперь это казалось вполне логичным. По Ханекаве можно было сказать, что у неё нет братьев и сестёр.
– Это потому, Арараги-кун… что у меня нет семьи.
Ханекава сказала это спокойным голосом.
Настолько спокойным, что я чуть не пропустил её слова мимо ушей.
Я собирался кивнуть.
У неё нет семьи? Что?
– Ханекава, даже если у тебя нет братьев и сестёр, ты преувеличиваешь. Не стоит говорить, что у тебя нет семьи. У тебя же есть мама, папа, дедушки и бабушки…
– Нет.
В этот раз уже не обычный голос.
Ханекава ответила решительно и упрямо.
Настойчиво.
– У меня нет ни отца, ни матери. Никого нет.
– ?…
Хоть мне и стыдно, я должен признать, что в тот момент не знал, что имела в виду Ханекава. Я не смог догадаться – хотя и понял бы, если бы немного напряг мозги.
Образ Ханекавы рушился на глазах.
И тем, что она говорила.
И тем, как она говорила.
– Ты, должно быть, дорожишь своей семьёй, Арараги-кун.
– Ханекава… стоп!
– Нет, не пойми меня неправильно! – Ханекава сказала типичнейшие для цундере слова, хотя в её случае, конечно, их стоило понять буквально. – У меня есть родственники. Ты прав, прости, это была гипербола. Хотя гипербола не была преувеличением. У меня есть мать и отец. Мы втроём живём под одной крышей.
– А, вот как? Ладно, но…
– Просто мы не семья.
Даже когда она это говорила, её шаг остался ровным.
– Мои отец и мать – не мои настоящие отец и мать, вот так.
– Серьёзно, что ли…
– Другими словами, они подделки, – до странности быстро сказала Ханекава.
Как будто она не нарочно это сделала, просто её тело не могло иначе.
– Ну ладно, – Ханекава продолжала идти. – Откуда бы начать… вернёмся, скажем, на семнадцать лет назад, в то время жила одна милая девушка.
– Девушка?
– Пожалуйста, представь семнадцатилетнюю девушку, такую же, как я.
– Ага…
Я кивнул, хотя и не очень хорошо понимал, а Ханекава продолжила историю.
– Однажды эта девушка забеременела, – тихо сказала она.
– За-забеременела?
– Да. Забеременела. Кстати, она не знала, кто был отцом. Похоже, у той девушки было много любовников. Тем ребёнком, которого она выносила, была я.
– Что…
Я запутался, запаниковал и, бросившись наперерез Ханекаве, остановил её.