Толстые книги об отношении Фуггеров к искусству больше повествуют о сделках по продаже накопленных ими произведений искусства, столового серебра и земельных участков под застройку, о торговле дорогими тканями и драгоценными камнями, о пожертвованиях и подарках, делавшихся по дипломатическим соображениям, и о расширении экономического господства Фуггеров, нежели об их художественных интересах и эстетических взглядах. Это относится прежде всего к Якобу Фуггеру Богатому, наиболее полно воплотившему в себе черты типичного представителя бурно развивавшегося раннего капитализма. Несмотря на делавшиеся им заказы и приобретения работ мастеров, даже люди, восхвалявшие добродетели Якоба Фуггера, не могли засвидетельствовать, что его отношение к искусству было неподдельным[65].
Заказывая или покупая художественные произведения, Фуггеры использовали их для упрочения и для отображения своего положения в обществе, для формирования и распространения взглядов, которые подкрепляли их экономические и социальные устремления. Раздаривая произведения искусства церквам, они демонстрировали свою приверженность к католицизм му и неприятие идей Реформации, получивших широкое распространение именно в Аугсбурге. Демонстративным «благочестием», стремлением к славе и княжеской роскошью они подчеркивали свою исключительность по сравнению с низшими слоями бюргерства, свою обусловленную финансовыми интересами близость к римской церкви и к католическому императорскому двору, право на власть над своими подданными. Алтари, надгробия и другие предназначенные для широкой публики произведения искусства обладают большой выразительной силой. В благодарность провидению за поддержку в торговых делах Фуггеры построили на свои средства капеллу при церкви св. Анны в Аугсбурге, потребовав, чтобы в ней находился только их фамильный герб[66], и никакой другой.
Действительно, по обилию украшавших их дома произведений искусства и числу построенных на их деньги дорогих архитектурных сооружений Фуггеры в силу своего богатства превосходили других патрициев эпохи раннего капитализма, но коллекционирование художественных произведений и строительство были средством демонстрации сословной принадлежности. На деньги покупались искусство и милости. При этом не вызывает сомнений, что такие деяния Фуггеров, как сооружение в 1509 г. богатой фамильной капеллы при кармелитской церкви св. Анны и строительство после 1511 г. жилого дома, Женского подворья у Винного рынка в Аугсбурге, содействовали распространению в германских землях архитектуры итальянского Ренессанса. Благоприятной предпосылкой для этого были тесные экономические связи Фуггеров с Северной Италией. Эта тяга к современному была частью устремлений поднимавшейся буржуазии и носила, таким образом, объективно прогрессивный характер. Реализм искусства Возрождения и его обращение к античному наследию составляли часть идеологии буржуазной революции эпохи раннего капитализма.
Художники, скульпторы и архитекторы этого исторического этапа стремились порвать путы цехового строя, пытались всяческими путями освободиться от своей материальной и духовной зависимости от учения и канонов церкви. Об этом убедительно свидетельствуют произведения искусства того времени. То, что должно было отображать ни с чем не сравнимое величие бога и его земных представителей, в действительности довольно часто показывало величие человека в его земном, живом облике, его естественную красоту, его достоинство и жизненную силу. Во многих произведениях искусства эпохи Возрождения мы видим стремление их творцов к светскому, реалистическому искусству, желание занять достойное место в обществе, которое можно было бы сравнить с положением ученого–гуманиста. Эта тяга к свободе и независимости была созвучна устремлениям класса буржуазии и была их частью.
Новых заказчиков и покупателей, материальную основу существования можно было найти наряду с князьями прежде всего среди богатых буржуа. Поэтому крупнейшие мастера немецкого Ренессанса работали также и на Фуггеров. Выполненные ими портреты Якоба Фуггера, например кисти Ганса Гольбейна, Ганса Бургкмайра и Альбрехта Дюрера, ярко отображают энергию и решительность, рационализм и чувство собственного достоинства, которые, несомненно, были свойственны этому человеку.
65
Norbert Lieb. Die Fugger und die Kunst im Zeitalter der Spätgotik und frühen Renaissance. München, 1952, S. 287. — Schwäbische Forschungsgemeinschaft bei Kommission für bayerische Landesgeschichte, Reihe 4, Bd. 1, «Studien zur Fuggergeschichte», Bd. 10.
66
Norbert Lieb. Die Fugger und die Kunst im Zeitalter der Spätgotik und frühen Renaissance, S. 137.