Некрасов

Страдая от сознания, что «спит народ под тяжким игом, боится пуль, не внемлит книгам», — Крот не сомневается, что рано или поздно «Русь проснется». Когда он умирал, ему чудились картины победоносной революции:

Мечтаньем чудным окрылил
Его Господь перед кончиной,
И он под небо воспарил
В красе и легкости орлиной.
Кричал он радостно: «вперед!
И горд, и ясен, и доволен:
Ему мерещился народ
И звон московских колоколен;
Восторгом взор его сиял.
На площади, среди народа.
Ему казалось, он стоял
И говорил….

В литературе существуют различные мнения и догадки о том, чертами какого исторического лица наделен Крот: одни склонны считать прототипом Крота — Белинского, другие — Достоевского.

Однако не в этом суть. Важно другое: создавая этот образ, Некрасов совершенно ясно видел, что революционная деятельность, в условиях царской России, диктуется, прежде всего; побуждениями патриотического порядка; эта мысль выражена в поэме с предельной ясностью».

Вслед за «Несчастными» Некрасов написал поэму «Тишина». Безграничная любовь к родине пронизывает все ее содержание:

Все рожь кругом, как степь живая.
Ни замков, ни морей, ни гор…
Спасибо, сторона родная,
За твой врачующий простор!
За дальним Средиземным морем.
Под небом ярче твоего.
Искал я примиренья с горем
И не нашел я ничего!.
. . . . …
Я твой. Пусть ропот укоризны
За мною по пятам бежал.
Не небесам чужой отчизны —
Я песни родине слагал!

Полны патриотической гордости те строфы «Тишины», в которых Некрасов рисует один из самых героических эпизодов русской военной истории — оборону Севастополя в 1854–1855 гг., этой, как выражается поэт, «твердыни, избранной славой»:

Три царства перед ней стояло,
Перед одной… таких громов
Еще и небо не метало
С нерукотворных облаков!
В ней воздух кровью напоили.
Изрешетили каждый дом,
И, вместо камня, намостили
Ее свинцом и чугуном…

Истинным героем войны с «тремя царствами» и самой обороны Севастополя Некрасов считает народ:

Народ герой! В борьбе суровой
Ты не шатнулся до конца,
Светлее твой венец терновой
Победоносного венца!

В ГОДЫ «ОСВОБОЖДЕНИЯ» КРЕСТЬЯН

Ни в одной стране в мире крестьянство не переживало и после «освобождения» такого разорения, такой нищеты, таких унижений и такого надругательства, как в России. Но падение крепостного права встряхнуло весь народ, разбудило его от векового сна, научило его самого искать выхода, самого вести борьбу за полную свободу.

(В И. Ленин. Пятидесятилетие издания крепостного права»)

Вернувшись в Россию, Некрасов увидел, что за время его отсутствия, — продолжавшегося целый, год, — в стране произошли значительные изменения. Окончательно выяснилось, что правительство Александра II, под влиянием неудачного исхода Крымской кампании, вынуждено вступить на путь буржуазных реформ, что старые, «николаевские» порядки отжили свое время. Общественная жизнь волновалась и бурлила. Страстные споры велись между сторонниками реформ, прежде всего сторонниками упразднения крепостного права, и их противниками — крепостниками. Чувствовалось приближение каких-то перемен в русской жизни. «Шестидесятые годы»[10] властно вступали в свои права. Впоследствии Некрасов характеризовал эту эпоху в стихотворении «Недавнее время».

10

«Шестидесятыми годами» обычно называют десятилетие с 1856 г. по 1866 г., т. е. вторую половину 50-х и первую половину собственно 60-х гр.