— Давай, Марта, пляши!
— Не могу, — она вдруг обмякла и опустила руки.
— Почему?
— На душе тяжело. Только недавно твоих парней похоронили. Всё ещё переживаю.
Про партизана она промолчала. Ханс внимательно посмотрел на неё:
— Мне тоже тяжело. Но жизнь продолжается. И каждое мгновенье имеет свою цену. Так что пляши, Марта, пока мы живы! — Ханс опустился на стул.
Матрёна вздохнула и пошла рассыпать каблучками мелкую дробь по горнице. Постепенно к ней вернулся кураж, и она запела:
— Не журися, жена,
Не печалься, госпожа!
В Китай-город поступлю,
Белил-румян накуплю,
Белил-румян накуплю,
Своей жене отошлю.
Умывайся, жена,
Затирайся, госпожа!
— Я, натершись, набелившись,
Грать на вулицу пойду.
Грать на вулицу пойду.
Весь карагод[11] разобью.
Ох, кто дурень, нехорош,
Того с улицы долой,
Кто подолбанный, рябой.
Того с улицы домой.
Ханс улыбался, наблюдая за ней.
— Иди сюда, — позвал он её, когда она остановилась, раскрасневшись от танца.
Он посадил её себе на колени, крепко обнял, да так, что у неё аж что-то хрустнуло внутри, и произнёс:
— В Германии куплю тебе наши традиционный костюм — Tracht[12] и научу тебя нашим танцам.
Эпизод 13. Сестра
Всё это время Никитишна либо не замечала, что дочь перестала спать в сенях, либо делала вид, что не замечает. А дети были слишком малы и наивны, чтобы понять суть происходящего. Разве что Ваня иногда косился на Матрёну.
Матрёна же часто по привычке засыпала рядом с детьми, пока укладывала их. В таких случаях Ханс никогда не будил её. «Нам с тобой хватит наших ночей, не хочу отнимать тебя у детей», — говорил он.
Ханс приодел возлюбленную: купил ей в Белгороде красивое бельё и те самые фильдеперсовые чулки, о которых она мечтала, изящные туфельки и модные платья, а также дорогие духи. Он пока не слишком задумывался о том, как сложится их будущее, но уже не мыслил его без неё. Многие из его друзей завели русских зазноб. Были и такие, кто женился на русских девушках. Однако на разведёнках оккупационные власти жениться не разрешали — блюли мораль. А Матрёна и развёденкой-то не была, она по-прежнему была замужней женщиной, хотя судьба её мужа была неизвестна. Возможно, она уже овдовела, но документального подтверждения этому факту не было. Поэтому оформить с ней отношения на оккупированной территории Ханс даже при желании не мог.
После гибели сослуживцев к Хансу так никого и не подселили. Выждав неделю, он велел Матрёне переместить мать и детей в дом:
— Если возникнет необходимость поселить сюда других офицеров, твои вернутся в сени. А пока пусть живут в нормальных условиях.
Зима пролетела в одночасье. Астрономическая весна пришла в марте, но больше была похожа на продолжение зимы. Ворскла вскрылась ото льда в конце марта. А по-настоящему запахло весной лишь в апреле.
Как только деревья зазеленели, оккупационные власти начали вырубать парки и скверы: боялись партизан. Приходили тревожные новости, что парней, девушек и молодых женщин угоняют в Германию. Одну семнадцатилетнюю девушку увезли из соседнего дома — Лиду, сестру Настёны. Матрёна понимала, что только близость с Хансом спасает её от этой участи.
Они сидели на ступеньках крыльца, синий сумрак уже спустился на село и на окружающие его бескрайние поля, холмы и перелески. На небе одна за другой проявлялись звёзды. Природа пробуждалась.
— Помнишь, ты спрашивал меня, почему я не стала учительницей, как мама?
— Да, спрашивал. Но ты не захотела рассказывать. Сказала, что это грустная история.
— История грустная. Могу сейчас рассказать.
— Расскажи.
— Я очень хотела поступить в педагогическое училище. Но отец скоропостижно скончался. А мать слегла. И стало не до учёбы. Я рассказывала тебе о смерти отца.
— Я помню. Мне очень жаль.
— Моя старшая сестра Альбина вышла замуж, переехала к мужу и родила детей. Мне надо было работать. Тут и подвернулись курсы поваров. Потом я вышла за Петра, тоже родила детей. А перед войной сестра умерла. Ей было всего двадцать семь лет. Её муж оставил у нас племянников, Ваню и Сёму, а сам уехал неизвестно куда.
— Что случилось с твоей сестрой? Почему она так рано умерла?
11
Карагод — коллективная пляска, распространённая в Белгородской и Курской областях. В её основе лежит индивидуальное мастерство пляшущих, самостоятельность их действий и полная независимость от других танцоров. Карагоды исполняются как под пение участников, так и в сопровождении музыкантов.
12
Tracht, Trachten — название национального немецкого костюма; его варианты отличаются в разных землях.