Ездок оробелый не скачет, летит;
Младенец тоскует, младенец кричит;
Ездок погоняет, ездок доскакал…
В руках его мёртвый младенец лежал[22].
От этого стихотворения у Андрейки всегда щемило сердце: почему лесной царь забирает у отца единственного сына, почему должен погибнуть невинный ребёнок? Почему, чтобы отец достиг цели, должен умереть его сын? В этом была какая-то высшая несправедливость, которую Андрейка в силу юного возраста постичь не мог.
Между тем Лиза Филиппова вела себя всё отвратительнее и отвратительнее. Как-то учительница немецкого Фрида Ипполитовна, из бывших дворян, заметила прилюдно, что у Андрейки аристократическая внешность и что он похож на принца. Речь шла о школьной постановке «Золушки», и обсуждали претендентов на главные роли.
— Конечно, будет у него аристократический вид, он же у нас немчик! — язвительно прокомментировала Филиппова, которой досталась роль одной из дочерей мачехи Золушки.
В классе захихикали, начались возня и перешёптывания.
— Что ты имеешь в виду, Лиза? — строго спросила девочку Фрида Ипполитовна.
— А то и имею в виду, что отец у него — фашист! — громко заявила Лиза.
У Фриды Ипполитовны от возмущения перехватило дыхание:
— Выйди из класса немедленно! — потребовала она.
— Я-то выйду, — девочка поднялась с места, — только правду не скроешь! Немчик, немчик! — прокричала она Андрейке и хлопнула дверью.
У Андрейки потемнело в глазах. Он хотел выбежать из класса, но учительница его остановила.
— Сиди, Повалихин! — велела ему она. — Тебе не нужно никуда уходить. Ты первый ученик в школе. А Филиппова — двоечница. Её поведение возмутительно. Я доложу об этом директору.
Фрида Ипполитовна сделала паузу.
— Все знают, что твой отец прошёл всю войну, был ранен, имеет награды, — продолжила учительница. — Филипповой должно быть стыдно. Я считаю, что в ней говорит зависть к твоим успехам. А зависть — это неприемлемое чувство для советского человека. Советский человек сам добивается успеха, помогает добиться успеха своим товарищам и радуется этому вместе со всеми.
Класс притих.
— Вам тоже должно быть стыдно, — обратилась учительница к классу. — Своими смешками и ухмылками вы поддерживаете Филиппову. Вспомните, сколько раз Андрейка занимался с отстающими, подтягивал вас по всем предметам, помогал добиться лучшей успеваемости. Вы должны гордиться тем, что такой талантливый мальчик учится с вами в одном классе, а не завидовать ему.
Матрёна заметила, что Андрейка вернулся из школы расстроенный.
— Что случилось, сынок?
— Ничего, мама.
— Я же вижу, что-то случилось. Расскажи.
Андрейка сел за стол, уронил голову на руки и расплакался.
— Сынок, сынок, — гладила его по голове Матрёна.
— Они опять называют меня немчиком, — Андрей уже знал, что это означает. — Почему они это постоянно делают? Что со мной не так?
— А кто так обзывается?
— Лиза Филиппова. И все остальные хихикали.
— Андрейка, это ложь и зависть. Ты же знаешь, что твой папа — фронтовик.
— Если бы она была пацаном, я бы её побил. А девочку бить не могу, — Андрейка вытер слёзы. — Это всё так несправедливо и так обидно!
— Сынок, ты только на улице не плачь.
— Я никогда не плачу на улице. Это я с тобой расслабился. Жалко себя стало, — Андрейка улыбнулся.
— Ну вот, всё прошло? — Матрёна улыбнулась ему в ответ, хотя на душе у неё скребли кошки.
— Да, мама.
Они обнялись. «Это никогда не закончится! — вдруг осознала Матрёна. — Эти слухи всегда будут преследовать его. Как мне уберечь сына?» Сердце её разрывалось от боли.
Эпизод 44. Алла
Андрейка окончил школу с золотой медалью, и директор школы Семён Степанович лично отвез его поступать в Белгородский строительный техникум.
Учебное заведение переехало в Белгород из Курска всего год назад и считалось престижным, а строители после войны были в цене. Андрейка всегда хорошо рисовал, черчение также давалось ему легко, и Семён Степанович рассудил, что после окончания техникума парень сможет легко поступить в архитектурный институт. Андрейку эта перспектива очень заинтересовала, и он выбрал факультет промышленного и гражданского строительства.
В техникуме Андрей — там его уже никто не называл Андрейкой — тоже блистал: учился на отлично, а машиностроительное черчение, на котором спотыкались большинство учащихся, хотя многие из них имели опыт работы в строительстве, — стало его коньком.