Только один отель в городе отвечает разнообразным запросам англичанина — это «Джутерс». Две цивилизации приходят там в столкновение. Результат ужасает. Здание — целиком японское: дерево, черепица, повсюду ширмы. Однако предметы обстановки смешанные. Например, такэнома моей комнаты была из полированного черного пальмового дерева, а свиток с изображением аистов обрамляла изящная столярная работа. Однако на полу поверх белых циновок красовался брюссельский ковер, вызывающий зуд возмущения в подошвах. Веранда нависала над прямой как стрела рекой, протекающей между двумя рядами домов. В Японии достаточно умельцев-краснодеревщиков, которые искусно вправляют реки в обрамление городов. С веранды просматривались три моста (один из них — отвратительное ажурное сооружение из стальных ферм) и частично — четвертый. Мы жили на острове и располагали причалом, так что могли, если захотим, воспользоваться лодкой.
Apropos[314] воды будьте любезны выслушать шокирующую историю. Во всех книгах написано, что японцы хотя и славятся чистоплотностью, но иногда ведут себя фривольно. Они часто принимают ванну нагишом и вместе. Я подтверждаю это на основании собственного опыта, то есть привожу наблюдение человека, побывавшего на Востоке. Я сам сделал из себя посмешище. Мне захотелось принять ванну, и вот малюсенький человечек повел меня вверх и вниз по верандам в украшенную тонкой столярной работой баню, где было с избытком холодной и горячей воды. Баня помещалась на уединенной галерее. Совершенно естественно, к двери не полагалось запора, словно она вела в обеденный зал. Если бы меня защищали стены большой европейской бани, я находился бы в полной безопасности, но тут стоило мне приступить к омовению, как приоткрылась дверь и вошла прелестная девушка, показав знаками, что она тоже будет мыться в глубокой, вделанной в пол ванне рядом со мной. Когда человек одет в собственное целомудрие и пару очков, ему неловко захлопнуть дверь перед девушкой. Она догадалась, что я чувствую себя не в своей тарелке, и, хихикнув, удалилась, а я, густо покраснев, поблагодарил небо за то, что был воспитан в обществе, запрещающем мыться à deux[315]. В данном случае мне пригодился бы даже опыт паддингтонских плавательных бассейнов, но я прибыл непосредственно из Индии, и поэтому страх леди Годивы[316], ехавшей по городу обнаженной, показался мне пустяком по сравнению с испугом, который я испытал перед этим Акгеоном.
Как и положено в период муссонов, лил дождь. Профессор обнаружил замок, который ему непременно хотелось осмотреть.
— Это замок Осака, — сказал он, — за обладание им сражались столетиями. Пойдемте.
— Я видел замки в Индии: Рашхур, Джодпур и другие. Давайте-ка лучше отведаем еще немного вареного лосося. Он очень вкусен здесь.
— Свинья, — сказал профессор.
Нить нашего путешествия вилась по четырем тысячам пятидесяти двум каналам, где ребятишки играли с быстрой водой (и ни одна мать не скажет им «нельзя»), пока рикша не остановился у рва тридцать футов глубиной, который окружал форт, облицованный гигантскими гранитными плитами. На противоположном берегу вздымались стены. Но какие стены! Их высота достигала пятидесяти футов, и меж блоками не было ни крупинки извести. Поверхность стен была изогнута на манер корабельного тарана.
Эта кривая известна и строителям Китая, а французские художники изображали ее в книгах, где описывается город, осажденный дьяволом в преисподней. Возможно, она хорошо всем знакома, но это меня не касается. Как я уже сказал, эта жизнь то и дело подносит мне сюрпризы. Итак, камень был гранитом, а люди древности обращались с ним как с глиной. Облицовочные блоки, которые придавали нужный профиль поверхности, достигали двадцати футов в длину, десяти или двенадцати в высоту и столько же в толщину, причем стыковка их, несмотря на отсутствие раствора, была безупречной.
— И это соорудили низкорослые японцы! — воскликнул я, пораженный величием камней, вздымавшихся вокруг.
— Кладка циклопов, — проворчал профессор, потрогав стеком монолит в семнадцать кубических футов. — Они не только возвели все это, но и взяли приступом. Посмотрите-ка сюда — огонь!
Местами камни были расколоты и словно бронзированы — раны нанес огонь. Должно быть, чертовски трудно пришлось армиям, осаждавшим эти чудовищные стены. Мне знакомы индийские замки-укрепления великих императоров, но ни Акбар на севере, ни Синдия на юге не строили в подобной манере — без орнамента, без красок, с единственной целью добиться неприступности и чистоты линий. Возможно, при солнечном освещении форт не выглядит таким устрашающим. Серая, словно свинцовая, атмосфера соответствовала духу крепости. Казармы гарнизона, изысканный домик коменданта, персиковый сад и пара оленей не гармонировали с сооружением в целом. Его следовало бы заселить горными гигантами вместо гурок! Японец-пехотинец далеко не гурка, хотя и похож на него, когда стоит смирно.
316
Леди Годива — героиня английской исторической легенды, которая в 1040 году, чтобы избавить жителей города Ковентри от новых податей, введенных ее супругом, проехала обнаженная на лошади по улицам города, прикрытая лишь своими длинными волосами