Еще через полчаса на КПП со шлагбаумом у них проверили документы, подъезжали к линии разграничения. Свернув с трассы на разбитую грунтовку, проехали вперед ещё с километр, остановившись у посеченной снарядами посадки.
Там все, кроме водителя, вышли из машины, и — офицер впереди, бойцы следом — пошли меж деревьев по извилистой тропинке. Через сотню метров раздалась команда «Стой!», из кустов боярышника вышли трое. В касках, бронежилетах и с автоматами навскидку. На рукавах красные повязки.
— Кто такие? — спросил старший.
Бочков достал из кармана куртки малиновое удостоверение. Протянул руку, развернул:
— Военная контрразведка.
— Ясно, — пробежал документ глазами старший. — Командир ждет. Ворон, — обернулся назад, — проводи товарищей.
— Давайте за мной, — повесил тот на плечо АКМ, контрразведчики двинулись следом. Вскоре тропинка закончилась, все спрыгнули в окоп, тянущийся вдоль опушки. Был он отрыт в полный рост и обшит досками. Миновали огневую точку с установленным в амбразуре бруствера «Кордом»[135] и бдящим у него расчетом.
Минут через десять все оказались у блиндажа в три наката, спустились по земляным ступеням вниз. Там, в свете аккумуляторного фонаря, на тянущихся по периметру нарах спал десяток бойцов, за дощатым столом в центре сидел человек в пикселе[136], лет тридцати, плотного сложения, видом кавказец, и листал глянцевый журнал.
Это был командир «Пятнашки», легендарного батальона народной милиции ДНР, Ахра Авидзба с позывным Абхаз.
Батальон воевал с 2014-го, участвовал в боях за Саур-Могилу и Иловайск с Марьинкой, освобождал Донецкий аэропорт и Дебальцево.
— Привел контрразведчиков, командир, — доложил сопровождающий.
— Старший лейтенант Бочков, — снова предъявил удостоверение оперативник.
— Будем знакомы, — отложил журнал в сторону командир.
Они пожали друг другу руки, после чего Абхаз предложил Бочкову присесть на снарядный ящик рядом.
— Шаман!
— Я! — спрыгнул с крайних нар боец.
— Давай сюда перебежчика.
— Щас! — поспешил тот наверх.
— Вышел на наше охранение ночью, — пояснил Абхаз Бочкову. — Неплохой малый. Нарисовал мне схему минного поля укропов с проходами и рассказал о прибытии новой части.
— Топай-топай! — донеслось сверху, и в блиндаже появился парень в грязном камуфляже, за ним — Шаман.
Юрка уставился на перебежчика, это был… Гриценко.
— Сивый, никак ты?!
— Грач?! — выпучил глаза тот.
— Во! Знакомые встретились, — рассмеялся Абхаз. — Бывает. Забирай его старлей. В целости и сохранности.
Когда вернулись к УАЗу, Гриценко посадили в «стакан»[137] и отправились обратно. Никаких вопросов Юрке старший лейтенант не задавал, сержант тоже помалкивал.
В министерстве перебежчика поместили в следственный изолятор, а Грача на следующее утро вызвал к себе Поливанов.
— Рядовой Грачёв по вашему приказанию прибыл! — доложил Юрка, войдя в кабинет.
— Присаживайся, — кивнул на стул у приставного стола Поливанов. — Расскажи-ка мне про этого перебежчика.
— Гриценко мой друг детства, товарищ полковник. Вместе росли и ходили в одну школу. А когда началась война и рогули стали обстреливать город, он вместе с родителями уехал в Полтаву. Оттуда его отец.
— Больше не встречались?
— Нет.
— Как можешь охарактеризовать?
— Тогда был надежный друг и ненавидел бандеровцев. Как и почему оказался в их армии, мне неизвестно.
— Значит так, — взглянул на бойца начальник. — Сейчас тебя отведут к нему в камеру, поговорите.
— Ясно, — кивнул Юрка.
Чуть позже, в сопровождении конвойного, он шел вдоль сводчатого подземного коридора, куда выходили обитые железом двери. Вверху тускло горели фонари в сетках, пахло страхом и хлоркой.
У предпоследней остановились, страж поглядел в глазок. Потом отпер одним из ключей на связке замок и отворил до ограничителя: «Заходи».
Юрка шагнул через порог. Дверь захлопнулась, лязгнул засов.
С тощего матраса на шконке поднялся Сашка, растерянно уставившись на него.
— Ну, здравствуй! — протянул руку Юрка. — Вот, зашел тебя навестить.
— Здравствуй, — протянул свою навстречу Сивый. Рукопожатие было крепким. С минуту Юрка смотрел в глаза бывшему другу. Тот не отвел взгляд.
— А теперь рассказывай, как дошел до такой жизни, — Грач уселся на привинченную к полу табуретку рядом с откидным столиком под зарешеченным окошком.
135
«Корд» — российский крупнокалиберный пулемёт с ленточным питанием под патрон 12,7 × 108 мм. Предназначен для борьбы с легкобронированными целями и огневыми средствами, уничтожения живой силы противника на дальностях до 2000 м и поражения воздушных целей на наклонных дальностях до 1500 м.