Казино находилось на одной из городских окраин в небольшом двухэтажном особняке прошлого века, рядом со старым парком. У его боковой стены, под липами, стояли несколько иномарок, и внедорожник прибывших составил им компанию. В мигнувший фарами автомобиль тут же нырнул возникший из кустов старший группы — крепыш в джинсовом костюме, толково изложивший обстановку.
Хозяин заведения — чеченец — с братом отдыхали в баре на втором этаже, а на первом, под присмотром двух охранников, шла игра в покер и рулетку.
— У чехов[72] с охраной есть стволы? — чуть повернул голову назад Шубин.
— Есть. У братьев — ТТ, оба «быка» — с травматикой.
— Борзые?
— Старший воевал у Басаева, младший раньше занимался в Москве рэкетом.
— Хороша пара, баран да яра, — хмыкнул Шубин. — Они вам нужны живые?
— Лучше жмуры. От суда откупятся, так уже было.
— Ну что, ребята, все понятно? — спросил у подчиненных Шубин.
— Понятно, Иваныч, — пробасил сидевший всех ближе. — Чехов валим, остальных воспитываем.
— Ну-ну, — сняв берет, натянул на голову балаклаву майор и поставил каждому задачу.
Через пару минут оперативник испарился, спустя ещё три Шубин дал команду «Пошел» и, передернув затвор «коротыша», первым выскользнул из машины.
Местные опера, таившиеся в кустах, тут же оцепили особняк по периметру, а спецназ цепочкой порысил к двери, где изготовился к штурму.
— Работаем, — вдавил Шубин пальцем кнопку звонка, за железной дверью тонко пропело.
Затем она распахнулась, в проеме возник амбал, которого Шубин саданул затыльником автомата в лоб, амбал молча рухнул ему под ноги. Спецназовцы тут же вломились внутрь, двое положили игроков на пол, майор с остальными по-кошачьи скользнули наверх, откуда лилась восточная музыка.
Там, на высоком стуле перед стойкой, восседал чернобородый толстяк, потягивая коньяк и о чем-то беседуя с барменом, а на одном из кожаных диванов вдоль стен развалился с девицей на коленях второй — худой и бритоголовый.
— Всем на пол! — рявкнул майор, стрекотнув короткой очередью в потолок, откуда посыпались осколки люстры.
Толстяк с воплем «Аллах!» сразу же повалилися на ковер, обхватив голову руками, а второй, прикрывшись визжащей девицей, рванул из-за пояса ТТ, дважды выстрелил в бойцов и прыгнул на подоконник. Его срезали сразу из двух «коротышей», и, руша зеркальное стекло, бандит вывалился наружу.
— Это ты у нас рэкетир? — приказав девушке замолчать, проскрипел берцами к дрожащему толстяку Шубин.
— Давно была, камандыр, — чуть поднял тот голову. — Давай дагаварымся.
В ответ щелкнули два выстрела. Потом на лестнице застучали каблуки, и в бар вошел старший из розыскников с двумя парнями.
— «Беркут» свое дело сделал, капитан, — вбросив в рот сигарету, щелкнул зажигалкой майор. — Документируйте все. А мы поехали.
Однако группе пришлось немного задержаться. Отметиться на задержании приехал сам генерал в сопровождении заместителя.
— Профiсiйно зроблэно, — брезгливо косясь на окровавленный труп, подошел начальник к Шубину. — Я вiдправлю позив вашему кэрiвництву[73].
— Как сочтете нужным, — швырнул тот окурок в разбитое окно. — Мы свое дело сделали, счастливо оставаться.
— Хамло! — процедил генерал, переглянувшись с замом, когда спецназ исчез внизу.
— Цэй майор — москаль, — скривил тот губы. — Трэба довэстi пану мiнистру, що вы особисто кэрували опэрацiею[74].
Когда проезжали центр города, Александр Иванович приказал остановиться у супермаркета и обернулся к молча сидевшим на своих местах спецназовцам.
— Вы помните, какая сегодня дата?
— Ещё бы, товарищ майор, — ответили несколько голосов. — День Победы!
— Держи, Петро, — протянул Шубин одному из прапорщиков две радужные бумажки. — Возьми водки и закусить. Отъедем от города, отметим.
— А ведь даже флагов нету, Александр Иванович, — пробасил самый рослый из парней, прапорщик Валера Шалимов.
— Зато тут есть проспект Бандеры, — откликнулся второй. — Вон, на углу дома табличка.
— Не город, а оуновское кубло, — пробубнил кто-то из бойцов. — Пострелять бы их всех на хер.
Вскоре Петро вернулся с двумя объемистыми пакетами, и «Rexton» тронулся с места, взяв курс на Киев.
Минут через пять на дороге показалась немногочисленная колонна демонстрантов с красными флагами и цветами. Шли в основном старики с медалями на груди да пожилые люди. Женщины и мужчины.
74
Этот майор — москаль. Нужно сообщить министру, что вы отлично руководили операцией (