— У смысли? — хлопнув очередную рюмку коньяка, тот зажевал её лимоном.
— Я, Сергей, предоставлю вам списки всех коммунистов, регионалов и жидов в городе, — наклонился бывший чекист к приятелю. — А заодно и неблагонадежных.
— Пойдеть, — оживился комбат. — А що бажаешь взамiн?
— Возможность расширять бизнес.
— Не вопрос, — ухмыльнулся Мельничук. — Наливай. — И кивнул на бутылку.
— Кстати, — промокнул губы салфеткой Линник, когда они выпили. — Я бы мог помочь батальону продуктами, если ты не против.
— Якiй протiв? — выпучил глаза комбат. — Це найголовнiшiй вопрос. Моi хлопцi завжди голоднi.
— Так вот, ты мне документ, что я типа заместитель по тылу. А я вам регулярно жратву. Ну там, хлеб, сало, молоко, овощи.
— Гаразд! — хлопнул радетеля по плечу подполковник. — Буде тобi бумага!
А в это время батальон, войдя в село, обустраивался на новом месте. Для начала нацгвардейцы заняли под казарму со штабом школу, приказав директору с учителями убираться, в сельсовете развернули комендатуру и ограбили несколько домов на пробу. Потом изъяли все спиртное в местном магазине, отметив новоселье стрельбою в воздух и пением «Черемшины».
На следующий день Линник, приехав в комендатуру, получил у Мельничука «посвiдчення»[114], в котором значилось, что он является помощником командира батальона по тылу.
— Тiльки не забувай, що обіцяв, — сказал комбат. — Iнакше буде погано[115].
В течение последующих двух суток по ночам айдаровцами в городе были арестованы часть лиц из списка, полученного от лидера «Спiльной справы», отправленных в Харьковскую СБУ, остальные успели скрыться.
Затем славный батальон приступил к боевым действиям на Луганщине. Для начала, выдвинувшись на бронетехнике в район города Счастья, он атаковал блокпост ополченцев из пяти человек, которые отошли после часового боя, а спустя сутки айдаровцы захватили сам город, переправу через Северский Донец и Луганскую ТЭЦ, что весьма воодушевило карателей.
Расстреляв для устрашения десяток определенных в сепаратисты местных жителей, они приступили к зачистке, сопровождавшейся грабежами, после чего объявили себя военной властью и назначили в Счастье коменданта.
Мельничук, ощутив себя стратегом, тут же решил идти на Луганск, предвкушая лавры победителя, но случился досадный конфуз. «Азов» попал в коварно расставленную ополченцами засаду, был разбит и, понеся ощутимые потери, улепетывал до самого Старобельска. Бросая по дороге раненых, награбленное добро и технику.
По этому поводу в Киеве возник первый шок: «повстанцы разгромили нацгвардию!», а командующий силами АТО в Донбассе некий генерал Муженко получил разнос от министра обороны Коваля.
— Ты не Муженко, а мудак! — вопил тот по ВЧ-телефону.
Командующий слушал и молчал, тяжело вздыхая.
Линник же в это время вплотную занимался расширением бизнеса. По принципу «куй деньги, не отходя от кассы». Он уже завладел городским рынком и автосервисом (конкуренты оказались в списке), потом навестил ряд состоятельных коммерсантов и, предъявив «посвiдчення», предложил тем свою крышу.
— В противном разе вы можете попасть в число сепаратистов, — сказал им.
Коммерсанты, поняв намек, тут же согласились. А в качестве отступного Владимир Алексеевич обязал данников регулярно снабжать карателей продуктами в оговоренных им ассортименте и количестве, назвав это спонсорской помощью.
Дальше — больше. Когда при очередной встрече с Мельничуком тот выразил удовлетворение начавшимися поставками, Линник предложил подполковнику стать его компаньоном.
— Що треба робить? — оживился комбат. — I моя доля?
— Почти ничего. Время от времени выделять мне пару-тройку бойцов без комплексов.
— У смислi отморозкiв? — рассмеялся подполковник. — Таких в частi багато.
— Они будут сопровождать меня в деловых поездках и делать, что скажу, — продолжил Линник. — Тебе за это двадцать тысяч в месяц.
— Долларiв?
— Гривен.
— Не, не пойдеть, — замотал головой комбат. — Дешево цінуєш моїх солдатів. Це ж герои Майдана!
— Тогда сколько?
— Сорок! — растопырил собеседник четыре пальца. — И половина уперед. Як предоплата.
— Черт с тобою, уговорил, — скривился Линник, и они ударили по рукам.
Затем Мельничук снял трубку телефона, приказав дежурному направить к нему бойцов Фрица и Гуцула. Те вскоре явились, изобразили перед начальником строевую стойку и прогавкали партийное приветствие.