Исследователь X. Дж. Купфер описал интересный случай гипнотической возрастной регрессии. Перед гипнотическим сеансом была проведена ЭЭГ, которая показала патологическую эпиактивность, свидетельствующую об эпилепсии. Во время гипнотического эксперимента пациенту был внушен период, предшествующий заболеванию. ЭЭГ оказалась нормальной, без патологических изменений эпилептического характера (Kupfer, 1961, р. 136).
Из историй, подобных Мари, некоторые авторы делают рискованное предположение, что, переводя сомнамбулу в период, предшествующий заболеванию, можно избавить ее от органических симптомов, поскольку здоровье, как и болезнь, имеет биологическую и физиологическую память. Не следует забывать, однако, что Мари была истерична, а истерии присуще явление конверсии, то есть перенос эмоции психотравмы на органы тела, на деятельность внутренних органов. Истерик обладает способностью к «драматическому выражению» переживаний, что происходит не только при помощи речи, но также при помощи органов, выполняющих различные вегетативные функции.
Как бы там ни было, отсутствуют статистические данные об эффективности экспериментально вызванной гипносомнамбулической регрессии или перевода больного в возраст, когда он был здоровым. В связи с этим остается нерешенным вопрос, какие уровни биологической и психической организации личности задевает этот перевод. Феноменология данного процесса зависит от пока не совсем понятных психофизиологических факторов.
Гипносомнамбулизм — проводник в бессознательное царство души
…Из всех приключений, уготованных нам жизнью,
самое важное и интересное — отправиться в путешествие
внутрь самого себя, исследовать неведомую часть себя самого.
Тысячелетиями сосуществуют человек и природа, но, несмотря на солидность этого срока, человек, по словам Августина Блаженного, «не перестает удивляться высоте гор, безбрежности океана, звездам на небосклоне, хотя более значимые для него события происходят в его внутреннем мире» (цит. по: Соколов, 1979, с. 71–72).
Развивая мысль Августина, граф де Бюффон[136] в своей 36-томной «Естественной истории» (1749–1788) сокрушается: «…несмотря на то что природа наделила человека сознанием, для того чтобы он совершенствовался, познавая самого себя, он, однако, этого не делает. Как бы мы ни были заинтересованы в том, чтобы познать самих себя, я не уверен, не знаем ли мы лучше все то, что не есть „мы“.
Природа наделила нас органами, предназначенными единственно для того, чтобы служить для нашего самосохранения; мы же пользуемся ими лишь для восприятия внешних впечатлений: мы стремимся лишь распространиться вовне и существовать вне себя.
Слишком занятые умножением функций наших чувств и увеличением области внешнего распространения нашего существа, мы редко пользуемся тем внутренним чувством, которое возвращает нас к нашим истинным изменениям и которое отдаляет от нас все, что к этому не относится. А между тем именно этим чувством должны мы пользоваться, ежели мы желаем себя познать; это единственное чувство, с помощью которого мы можем о себе судить. Но как придать этому чувству всю его действенность и силу? Как освободить нашу душу, в которой оно заключается, от всех неверных представлений нашего ума. Мы утратили привычку пользоваться этим чувством; эта привычка не получила никакого развития в бурях наших телесных ощущений, она иссушена огнем наших страстей; сердце, ум, чувства — все ей противодействовало» (т. 18, с. 89).
Жорж Бюффон, когда высказывал сожаление относительно нежелания людей познавать происходящее в своей душе, вряд ли относил это к себе. Он-то уж хорошо в ней разобрался, если на закате жизни сказал своему другу: «Великих гениев известно совсем немного, а если точнее, всего пять: это Ньютон, Бэкон, Лейбниц, Монтескье и я». Бюффон все же проявил скромность — кроме себя указал еще на четверых и ограничился двумя столетиями, некоторым же было достаточно одного имени — своего.
Два открытия, символически совпавшие во времени, имели место в последнем десятилетии XIX века. В Вюрцбурге малоизвестный дотоле физик по имени Вильгельм Рентген доказывает на опыте возможность просвечивания человеческого тела, считавшегося ранее непроницаемым для зрения. В Вене столь же неизвестный врач, Зигмунд Фрейд, открывает подобную же возможность в отношении души.
136
Бюффон Жорж-Луи Леклерк граф де (1707–1788) — французский естествоиспытатель и писатель.