Весь вторник Чемберлен и Галифакс ждали подтверждения предстоящего визита Геринга, и это, возможно, явилось причиной нежелания Чемберлена санкционировать мобилизацию резервистов регулярной и территориальной армий, о чем просили Четфильд и Хор-Белиша. Однако подтверждение не поступало. В четверг утром, перед тем как собрался парламент, чтобы одобрить законопроект о предоставлении правительству чрезвычайных полномочий, Галифакс получил известие, что Гитлер отменил поездку, так как считал, что «визит не принесет немедленной пользы».
Однако этот эпизод случайно или преднамеренно сослужил определенную службу Гитлеру. Он усилил колебания англичан и отсрочил проведение англичанами тех мероприятий, которых больше всего боялся Гитлер. Даже после того как была отменена поездка Геринга, когда члены кабинета снова встретились перед выступлением Чемберлена в палате представителей, премьер-министр все еще не хотел санкционировать проведение каких-либо мер, указывающих на решимость Англии действовать немедленно, если поляки подвергнутся нападению. Он сообщил членам кабинета, что они встретились не для принятия решений, а чтобы ознакомиться с ходом последних событий. Премьер-министр сказал, что, согласно сообщению английского посла в Берлине, Гитлер заявил, что если англичане предпримут какие-либо дальнейшие меры по мобилизации, то вооруженные силы Германии будут полностью мобилизованы «в качестве меры защиты, а не угрозы». Чемберлен все еще возражал против какого-либо дальнейшего существенного призыва резервистов, который мог бы спровоцировать Гитлера. Он хотел подождать результатов встречи Гендерсона с Гитлером, которая предполагалась в этот день.
Таким образом, Гитлер — пленник своего намеченного плана — пока что более успешно держал англичан в состоянии успокоенности, чем французов. Считалось, что во Франции идет мобилизация, и французская армия представляла собой значительно большую непосредственную военную угрозу немцам, чем англичане; однако Гитлер был убежден, что французы не двинутся без политической и военной поддержки англичан. Поэтому для него было важно, чтобы англичане как можно дольше оставались в состоянии нерешительности и бездействия. Когда он наконец сообщил англичанам, что Геринг не приедет, оставалось менее 48 часов до намеченного вторжения в Польшу. И когда Чемберлен сказал членам своего кабинета в этот день, что они собрались не для принятия решений, это было все, на что мог надеяться Гитлер, ибо без решения англичан французы не предприняли бы никаких действий на Западном фронте.
Теперь мы видим все последствия той несостоятельности, которую проявили разведывательные службы, оппозиция Гитлеру в Германии, «хорошо осведомленные» дипломаты, не оценив всей важности принятых Гитлером решений на совещании узкого круга лиц в Оберзальцберге 14 августа, ибо последовавшая за этим дипломатическая и политическая шарада не заключала в себе никакого смысла. Были приняты окончательные решения военного характера, определен график осуществления боевых операций. Все остальное было маскировкой, и, как мы видим, исключительно успешной.
Здесь мы должны вернуться к 22 августа. В то время как руководители видов вооруженных сил во время завтрака у своего министра высказывали всякие предположения относительно германо-советского соглашения, а на Даунинг-стрит премьер-министр и министр иностранных дел с нетерпением ожидали известия о подтверждении предстоящего визита Геринга, Гитлер созвал большое совещание всех своих командующих в конференц-зале резиденции в Оберзальцберге. Они встретились, как и Белиша со своими генералами, в полдень 22 августа. Геринг в Берхтесгадене и вовсе не готовился к встрече с Чемберленом: он получал последние указания к боевым приказам.[55]
Существует три или четыре версии высказываний Гиглера на этом совещании. Между ними имеются некоторые расхождения в деталях, но не в существе изложенных Гитлером своих намерений и планов. Поэтому трудно согласиться с утверждениями генерала фон Манштейна, что он и генерал фон Рундштедт покинули Берхтесгаден с убеждением, что никакой войны не будет, что поляки подчинятся, что англичане и французы не пойдут на риск возможной мировой войны.
55
Несколько ранее этим же утром Геринг вызвал Гальдера, чтобы согласовать действия между люфтваффе и сухопутными силами. —