Выбрать главу

Наверное, у меня оказалась легкая рука, так как почти сразу на мои соленья нашлись постоянные покупатели. Голод мне больше не грозил. Капусту раскупали быстро, платили, не скупясь. Косящие недобрым глазом старушки-конкурентки скоро ко мне привыкли. И я, наконец, смогла себе купить новые зимние сапоги.

Как-то раз, уже в начале весны я, как обычно, разложила свой товар на самодельном прилавке. Подтянулись покупатели, день потек своим чередом.

В самый разгар торговли я услышала голос, который почему-то привлек мое внимание. Мужчина разговаривал по мобильнику:

– Что с тобой, моя кисонька? – встревожено вопрошал хорошо одетый мужчина невзрачной наружности – Не бойся, никто не собирается морить тебя голодом. Сейчас приготовим яичницу.

Яичница по телефону? Это что-то новенькое. Я навострила уши.

– Согласен, милая, тебе незачем этому учиться, – засюскал тем временем дядечка. – Просто слушай и делай, как я скажу. Возьми мисочку… Где мисочка? На сушилке… Сушилка на кухне… Кухня? Это справа от гостиной. Нашла? Умница. Возьми яйца… Как – где? В холодильнике. Он – у окна. Белый такой, высокий, четырехугольный. На нем «Шарп» написано. Да-да, точно так же, как на твоем плеере… Нашла? Молодец. Возьми три яйца… Я понимаю, что тебе это много, но там еще Наташа. Ей нужно позавтракать… Возьми яйца и разбей в миску, моя хорошая… Что?! Что тебя испугало? Подумаешь, яйцо разбить! Ничего страшного. Разбила… Ай да кисонька, ай да умничка! Скорлупу брось в мусорный ящик… Извини, дорогая! Дернуло же меня за язык! Ты – и мусорный ящик! Брось скорлупу на стол, я потом уберу… Разбила яйца? Все три? Просто нет слов! Теперь посоли… Сколько сыпать? Щепотку… Что такое щепотка? Ну, размером с твой ноготок… Посолила? Отлично. Теперь подойди к газовой плите и зажги ее… ну и что из того, что никогда не зажигала?.. Что ты, зайка моя, если бы это было опасно, я бы тебе не предложил. Ну же, смелей!.. Ну, молодец, ну не ожидал! Теперь ставь сковороду на огонь… Она такая круглая, черного цвета, с деревянной ручкой. Поставила?.. Нет, еще не все. Теперь возьми в холодильнике масло, отрежь кусочек размером с твой французский флакончик от лака и брось в сковороду… Почему я мерзкий тип? Испугалась?.. Такую большую девочку испугало шипенье сковородки? Не может быть… ну хорошо, успокойся… Ты права, я должен был сперва сам зашипеть, но… Ты права, у меня каменное сердце, но… Согласен, я псих ненормальный, с сегодняшнего дня ты не хочешь иметь со мной ничего общего, но…

Мужчина уставился на отчаянно пищащий телефон. Очевидно, на том конце бросили трубку. Мужчина был откровенно некрасив. Даже, я бы сказала, уродлив: прыщавое, на удивление несимметричное лицо, глазки маленькие, как арбузные семечки, да еще косящие. Жидкие волосенки словно приклеены на костлявый череп. Ростом тоже не вышел, узок в плечах, а вот брюшко уже солидное. В какой-то момент наши глаза встретились, и я невольно улыбнулась ему с сочувствием.

– Вот попробуйте капустку. Вкусная, хрустящая. Сплошные витамины. – по инерции завела я.

Мужчина машинально взял с протянутой ложки горсть капусты и отправил в рот. Очередь следила за ним с интересом. Наконец, он прожевал, проглотил, и лицо его разгладилось. Теперь он выглядел почти счастливым. Я не понимала, что происходит. Поэтому спросила осторожно:

– Брать будете?

– Обязательно! Кило, нет, два! Только скажите, вы готовить умеете? – огорошил он меня вопросом.

– Естественно, – растерялась я, привычно зачерпнула полный черпак капусты, сунула ее в пакет, плюхнула пакет на весы, все время чувствуя странное беспокойство. Сумасшедший какой-то. Мне вдруг захотелось, чтобы этот мужчина поскорее ушел, а еще лучше – вообще не появлялся в моей жизни.

Должно быть, то была моя интуиция.

– А знаете что? – спросил незнакомец, протягивая мне деньги в обмен на увесистый пакет с квашеной капустой, – Идите ко мне работать!

– Кем?

– Как кем? Поваром!

Очевидно, на моем лице не отразилось восторга, потому что он вдруг забеспокоился, полез во внутренний карман за ручкой и блокнотом, что-то быстро написал на вырванном листке и сунул мне в руку:

– Вот, возьмите. Там сумма зарплаты и телефон. Если надумаете – позвоните. – Он быстро зашагал к оставленной у обочины иномарке. На ходу обернулся и крикнул: – Только не думайте слишком долго!

Глава 3

Я долго не могла решиться нажать на звонок – стояла, как дура, и рассматривала круглую блестящую кнопку, пока откуда-то сбоку, кажется, из окна не раздался сочный баритон:

– Барышня, вы войдете когда-нибудь или нет? Я подарю вам этот звонок, если его вид вызывает у вас такой интерес.

Дверь тут же открылась, и я вошла, все еще робея. Странный хозяин – тот самый, с рынка, – с порога объявил мне, что берет на работу. Никаких традиционных вопросов о прошлом, рекомендаций и справок. Только черкнул по мне крест-накрест острым взглядом и заявил:

– Вы мне подходите. Розалия Львовна, объясните Кате ее обязанности.

И вот я сижу на старинном стуле резного дерева перед женщиной лет шестидесяти в непритязательной клетчатой юбке и строгом обуженном жакете и пытаюсь понять: она привыкла так одеваться или одежда просто не казалась ей достойным внимания объектом самовыражения? Больше всего меня смущала явно накладная коса на гладко зачесанных волосах, рождающая смутные ассоциации с незалежной Украиной. Кожа под макияжем Розалии Львовны казалась примятой, а слегка выцветшие голубые глаза смотрели холодно.

В дом к Игорю Владимировичу Сальникову я попала только в начале мая. К тому времени мой собственный маленький бизнес пошел на спад, не выдержав конкуренции со свежей парниковой редиской и ранними овощами. По неизвестной мне причине место кухарки в доме Сальниковых до сих пор оставалось вакантным, а сам он проявил завидную настойчивость. Видать, кулинарные инструкции по телефону вконец его доконали.

Опыт работы прислугой у меня отсутствовал, но, несмотря на Алкины вопли о том, что я качусь по наклонной плоскости, я согласилась попробовать. Какая-то часть меня активно протестовала против подобного решения, зато другая сгорала от любопытства: уж очень хотелось взглянуть на загадочную неумеху, которую боготворил мой случайный знакомый. Моя личность как бы раздвоилась. При этом худшая – любопытная – половина пинками выгнала с поля боя лучшую, оставив его целиком за собой.

Встреча с Розалией Львовной заставила меня усомниться в том, что победил сильнейший. При знакомстве она протянула мне руку царственным жестом. Пришлось пожать ее. Рука оказалась влажная и тяжелая, холодная, как у покойника.

Похоже, что у Розалии я тоже не вызывала положительных эмоций, но она отлично владела собой. В отличие от меня. Ее манера смотреть в рот собеседнику и отвечать на вопросы резким, скрипучим, как у говорящего попугая, голосом раздражала меня ровно до тех пор, пока я не поняла: старушка попросту туга на ухо.

Наконец, пытка закончилась, и меня торжественно препроводили на мое рабочее место. То есть – на огромную современную кухню, напичканную электроникой. Вопреки ожиданиям, инструктаж оказался кратким. Мне было приказано подать обед на пять персон к двум часам, после чего пожилая дама величественно удалилась.

К счастью, задача мне предстояла не слишком сложная. Обитатели дома предпочитали простую русскую кухню, а холодильник был забит самыми свежими продуктами. Машинально нарезая овощи для супа, я пыталась оценить последствия авантюры, в которую ввязалась. Почему-то на душе было тревожно. Меня не покидало чувство, что только что я совершила непоправимую глупость. Пытаясь понять, в чем подвох, я раз за разом прокручивала в голове разговор с Розалией Львовной (хотя это был скорее монолог). Самым неприятным казался тот факт, что жить весь месяц испытательного срока мне предстояло в доме Сальниковых, так как располагался он в шестидесяти километрах от города, в зеленой зоне, короче, не наездишься. Готовить завтрак, обед и ужин, как я уже сказала, мне было не в напряг. Продукты по списку доставлял шофер. Наличие гостей предполагало дополнительную оплату, что не могло не радовать. Вот, собственно, и все.