— Джеймс просто имеет в виду, что мы не хотим причинять вам неудобства.
— Ах, да какие неудобства?! Мы бы очень хотели, чтобы вы остались. Правда, Колин?
Отец Джеймса кивнул.
— Это даже не обсуждается, — ответил он и пошел поговорить с дворецким.
Джеймс посмотрел на Фэйт, затем, более выразительно, на сверток, который она сжимала. Девушка поняла, что он хочет как можно скорее начать расшифровывать дневник, а не общаться с семьей.
Немое послание, которое она отправила ему в ответ, гласило, что они займутся дневником, когда она будет готова, и ни секундой раньше.
Мило улыбнувшись Маргарет, Фэйт сказала:
— Я должна была сесть на поезд до Брайтона, но Джеймс и слышать не захотел об этом. Проблема в том, что чемодан со всей моей одеждой уже уехал туда. Что касается еды, я умираю с голоду. Чай с бутербродом вполне подойдет, спасибо.
Улыбка вернулась на лицо Маргарет.
— Ты понял, Бутчер? Мы будем в гостиной.
— Я понял, мадам. Чай с бутербродами — в гостиную, служанку — наверх, подготовить две комнаты: одну для мисс Макбрайд, вторую для мистера Джеймса.
Маргарет перевела тревожный взгляд с Джеймса на Фэйт, словно ожидала, что они извинятся и уедут. Когда этого не произошло, она с облегчением выдохнула и провела их до лестницы.
Фэйт удалось лишь мимолетно взглянуть на дом. Сейчас она с интересом смотрела по сторонам. Он был похож на другие дома района Мэйфер, построенные в григорианском стиле, с прекрасными пропорциями и широкими лестницами, но не был обставлен по последней моде. Картины на стенах были далеко не сентиментальными, изображая кровавые сцены из битв прошлых времен.
Отец Джеймса объяснял их, пока они поднимались по лестнице.
— Стерлингский мост[8], — показал он, словно Фэйт могла оценить важность этого сооружения. Голос мужчины изменился, стал мягче, когда он показал на другую картину. — Каллоден[9], — нараспев произнес он. — Этого никогда не должно было произойти.
До нее донесся голос Джеймса:
— Покойный муж моей тети и мой папа любят — любили — историю Шотландии. Подожди, ты еще увидишь столовую.
Гостиная понравилась Фэйт больше. На всех картинах, висевших на стенах, были изображены сады, а на камине стояли фотографии: портреты самых дорогих и близких людей миссис Лейленд, как она предположила. Это была уютная комната.
Когда все сели, девушка принялась украдкой изучать каждого по очереди. Гарриет уговорила Родерика сыграть с ней в карты. В молодом человеке произошла разительная перемена: его улыбка и смех стали искренними. Было видно, что младшая сестра обожает его и в то же время испытывает благоговейный страх перед Джеймсом. Фэйт было интересно. Родерик — бунтарь, бросающий вызов старшему брату по любому поводу. Мистер Барнет и его жена, казалось… были на грани.
Мистер Барнет стал объяснять, что привело их всех в город:
— Кузен Маргарет женится в Хенли в следующую субботу.
Фэйт посмотрела на Джеймса: в этот день должно состояться собрание Общества египтологов, на котором выступит с докладом профессор Марш.
Мистер Барнет продолжал:
— Твоя тетя встретится с нами там, а после свадьбы мы все вместе вернемся на Беркли-сквер. А пока мы наслаждаемся небольшими каникулами в городе. Я уверен, Джеймс, что писал тебе время, дату и тому подобное.
— Наверное. — Джеймс пожал плечами. — Я должен был ответить? Я не знаю кузена Маргарет и не пойду на свадьбу.
Фэйт была поражена проявлением такого безразличия; Маргарет выглядела смущенной. Девушка делала все от нее зависящее, чтобы поддержать разговор, но, когда темы свадьбы кузена, дома и погоды истощились, наступило неловкое молчание. К счастью, вскоре принесли чай с бутербродами.
— Ростбиф! — пришла в восторг Фэйт, желая смягчить атмосферу. — Вот это, я понимаю, бутерброд!
Маленький комплимент вызвал улыбку на лице Маргарет. Она уговорила Фэйт взять еще один бутерброд, на что та с удовольствием согласилась. Девушка не помнила, сколько съела в поезде, но желудок подсказывал ей, что она голодна.
Разговор снова стих, но, когда отец Джеймса задал вопрос, который не относился ни к чему сказанному ранее, Фэйт чуть не подавилась ростбифом.
— Итак, — сказал он, — где и когда состоится свадьба?
— Не помню, чтобы я упоминал о свадьбе, — ответил Джеймс. Тон его голоса подразумевал, что он считал эту темой закрытой.
Гарриет была слишком юна и наивна, чтобы понимать намеки взрослых. Она навострила уши:
— Ладно, я буду подружкой невесты, Джеймс?
9
Близ этого селения в Северной Шотландии произошло сражение в ходе Второго якобитского восстания в 1746 году. (Примеч. ред.).