– Ну вот, теперь все в сборе! Можно и начинать! – радостно провозгласил я, входя в зал вместе с Аянами.
Головы всех присутствующих непроизвольно повернулись в мою сторону… И тут же оказались намертво заклинены при виде Рей в платье. Одна только заговорщица-Мисато радостно и довольно улыбалась, глядя на дело рук своих. Вот же чертовка, такую операцию в тайне от меня провернула!..
– Чего вы все? – жизнерадостно улыбнулся я. – Красивых девушек, что ли, никогда не видели? Так у нас их здесь хватает… Рей, присаживайся, не стесняйся. Командир?..
– Разливайте, лейтенант, – ухмыльнулась Кацураги, поднимаясь с места.
Раз – бутылка шампанского извлечена из ведёрка со льдом, что стояло в центре стола. Два – бутылка открыта. Три – шампанское разливается по заранее подготовленным бокалам. Рей, Тодзи и Айде я налил совсем по чуть-чуть, а то им вредно будет с непривычки. Зато душесогревающе – когда ещё можно будет совершенно легально алкоголя дерябнуть в присутствии и с полного попустительства взрослых.
Себе, естественно, налил по полной, чтобы можно было треугольнички собственные нормально «обмыть».
– Итак, – откашлявшись, торжественно произнесла Мисато, поднимаясь с места. Её примеру тут же последовали и остальные гости. – Сегодня мы отмечаем во-первых, конечно же, день рождения нашего доблестного Третьего Дитя. Но также нас собрал здесь ещё и другой повод – наши новые с лейтенантом Икари звания…
Мы с Кацураги достали из внутренних карманов кителей наградные коробочки, извлекли из них новые знаки различия и торжественно бросили в бокалы.
Процедура была отрепетирована заранее до максимальной синхронизации.
– Которые мы решили отметить по одной русской традиции, – продолжил я. – Так что давайте первый бокал поднимем всё-таки не за меня, а за…
По закону самой подлой подлости я оказался прерван резко завопившим телефоном, что лежал на тумбочке около дивана.
А судя по тому, что телефон играл убойную, но красивую песню «Inis Mona», это был мой телефон.
Очень странно – мне вообще-то звонить некому вроде бы как…
– Scheisse, – выругался я. – Извините, давайте я с этим звонком быстро разберусь и продолжим, хорошо?..
А заодно и вырублю его к едреней фене…
Схватил телефон, и уже было собирался нажать на кнопку сброса вызова, но в последний момент меня что-то остановило.
На фоне чёрно-синей заставки высветилось «Номер скрыт».
«Жить нужно так, чтобы не бояться отвечать на звонки с незнакомых номеров!»
Была не была, кому-то же я понадобился!..
– Да!!!
– Синдзи?
Во рту мгновенно пересохло, а спина непроизвольно начала разгибаться как можно прямее.
Этот голос я ожидал услышать в трубке меньше всего… Да я его вообще не ожидал услышать!!!
– Отец?
Начавшийся было шум за столом тут же стих, словно по мановению волшебной палочки.
Гендо. Мой нынешний отец, а также моральный ублюдок. Но ведь всё-таки отец?..
– Ты хорошо справился с Ангелами.
Чего?!!!
– …Молодец, Синдзи.
Слова падают, как стук сердца в ушах – так же тяжело и громко бьют по мозгам.
– Знай это.
– Да, отец! – вытягиваюсь по стойке «смирно», и чуть ли не каблуками, то есть пятками, щёлкаю.
– С днём рождения, сын…
– Спасибо, отец…
Сигнал отбоя, а рука до скрипа сжимает кусок пластмассы. В груди пусто, в мозгу бьётся одна-единственная мысль:
«Всё-таки поздравил… Впервые за столько лет… Так я ему всё-таки не безразличен?..»
Моя мысль или не моя? Кто знает…
Молча вернулся к столу, взял бокал с шампанским, в котором покоились серебристые треугольники. В полной тишине поднял его.
– За нашу окончательную победу, – отчеканил я, глядя куда-то в пространство. – Prozit!
– За победу… – поддержал меня нестройный хор голосов.
Звон бокалов.
– …Зная ваши отношения, никогда бы не подумала, что он тебе всё же позвонит, – задумчиво произнесла Кацураги, когда мы вышли подышать свежим воздухом на балкон. С нами ещё Рицко была, которая вылезала покурить, но она уже ускакала обратно. Эх, жалко нельзя у неё сигарету стрельнуть – сейчас не помешала бы…
– Я тоже этого совсем не ожидал, Мисато… – задумчиво проговорил я, опираясь на широкие перила и глядя в ночное небо Токио-3. – Это всё только усложняет…
– Отчего же? – удивилась майор. – Разве тебя не радует, что ты небезразличен отцу?
– Как-то не очень, Мисато… Он фактически выкинул меня из своей жизни, а я ответил ему тем же. Сейчас мы с ним слишком чужие, но этот звонок… Scheisse! Чего же он хотел добиться этим звонком?
– Гм… Поздравить тебя и ободрить?
– Разве ты плохо знаешь моего отца? – с лёгкой горечью усмехнулся я. – Он никогда и ничего не делает просто так…
– Да, ты в этом прав, безусловно прав, но… Но, а всё-таки? – не сдавала позиций Кацураги. – Что если он действительно просто пытается стать нормальным отцом? Почему ты так начисто отметаешь этот вариант?
– Мисато, он уже никогда не станет нормальным отцом, как бы ни старался. И я не хочу надеяться или ждать подобного – не хочу разочаровываться… Лучше бы нам так и оставаться генералом и лейтенантом…
– Зря, Синдзи, – задумчиво уронила Мисато. – Может быть, всё же стоит верить?
Не знаю, командир, не знаю…
– Да что же это такое-то… Теперь их уже двое! – схватился за голову Хьюга, глядя на то, как я с Аобой вдохновенно орал (ни фига не пел) «Smells Like Teen Spirit» любимой шигериной группы «Нирвана». Правда, я у этой группы больше песен и не знал…
Но втихушку оприходованные пара банок настоящего пива давали о себе знать неуёмной тягой к пению хоть чего-нибудь.
– И не говори, – грустно произнесла Майя, ковыряясь в салате. – Раньше-то Аоба один свои песни под нос мурлыкал, а теперь вот напарника себе нашёл…
– Макото, у тебя уже просто в глазах двоится, – ехидно заметила Мисато, с благодушным видом прихлёбывая пиво из банки. – Да и вообще вы просто с Синдзи ещё не жили, он вообще такие дикие запилы слушает, что просто мрак…
– Что, неужели хуже вот этого? – скептически поинтересовался Хьюга. – Разве такое может быть?
Кацураги подавилась пивом и искренне расхохоталась.
– Чего?! Синдзи у нас любит то, что больше похоже на шум стройки или рёв танкового дизеля, чем на музыку. И чтоб непременно орали или рычали, а не пели. Хотя кое-что нормальное у него всё же попадается иногда…
– Проклятье… А мы с тобой, Майя, ещё жалуемся, что Аоба постоянно на командном центре свою музыку врубает!
– Ох, как вам, наверное, тяжко, Мисато…
– Да я уже как-то привыкла… Синдзи, а поставь ту музыку, что мне тогда понравилась!
– Композиция «Fields of Desolation»?[16]
– Синдзи, я, что ли, знаю, как она там называется? Ну, та, где сначала на гитаре красиво играют, а в конце какой-то мужик, как полоумный орёт…
– Мисато, это девушка вообще-то была…
– Твою мать… Ой, простите!..
– Как насчёт небольшой поездки по ночному Токио? Провертимся, тьфу, проветримся, развеемся…
– Не возражаю, командир. А кто поведёт-то? Все же пьяные – в таком виде за руль нельзя садиться, опасно…
– Как это все пьяные? А как же Майя?
– А я полбокала шампанского выпила…
– Так это же считай, что и не пила вовсе! Значит, не пила! Значит, ты за рулём!
– Но, Мисато…
– Никаких «но»! Так, всё. Собираемся, и в темпе, в темпе!..