Реформа, которую предложил Хрущёв через четверть века, опиралась на представления тех лет, когда существовали рабфаки и заводы-втузы[5]. Он решил совместить школьное образование с профессиональным. При городских школах теперь создавались цеха, в которых делали инструменты, игрушки, значки, одежду и мебель. Сельские школы обзаводились полями, фермами и птицефабриками.
В декабре 1958 года вместо всеобщего обязательного 7-летнего образования было введено всеобщее обязательное 8-летнее. В обычных школах в 9—11 классах предусматривалась усиленная производственная практика. Чтобы получить полное среднее образование, также можно было закончить профтехучилище или техникум и получить рабочую специальность. Еще один вариант – учиться в вечерней или заочной школе рабочей молодежи, совмещая работу и учебу. Отчасти это решение было обоснованным. Ничего плохого в том, что школьники параллельно осваивали какую-то профессию, пусть даже на примитивном уровне, не было – это могло пригодиться в жизни. Кроме того, поскольку в те годы приоритетными считались инженерные специальности, увеличивались шансы на появление инженеров, которые будут разбираться в своем деле и «глубоко», и «широко». Но преимущество при поступлении в институт получали те, кто имел стаж работы, хорошую партийно-производственную характеристику и отслужил в армии. Поэтому реформой была недовольна интеллигенция.
В СТРАНЕ ЖЕЛТОГО ДЬЯВОЛА
Хрущёв встречался почти со всеми крупнейшими политиками: с И. Б. Тито, Д. Эйзенхауэром, Дж. Кеннеди, де Голлем, Дж. Неру, Мао Цзэдуном, Ф. Кастро, У Черчиллем, А. Иденом, Хо Ши Мином, Сукарно, Г.-А. Насером, К. Аденауэром, П. Тольятти. Ни перед кем из этих людей он не испытывал робости. И, когда речь шла о столкновении интересов или политических взглядов, он без колебаний принимал вызов.
После смерти Сталина международная политика Советского Союза стала постепенно меняться. Уже в речи Маленкова на похоронах вождя прозвучали фразы о возможности мирного сосуществования двух систем – социалистической и капиталистической. «Холодная война» не прекратилась, однако были предприняты шаги к взаимопониманию с западными странами. Так, в 1953 году закончилась война в Корее, а через два года советские войска покинули территорию Австрии. На XX съезде Хрущёв предложил принципы мира как основу взаимоотношений Востока и Запада.
Заграничные визиты Хрущёва тоже были новшеством. Всего он побывал за рубежом около 40 раз. «Самый главный коммунист в мире» охотно гостил не только в дружественных странах, но и в «стане врага». С главным политическим противником – президентом США Дуайтом Эйзенхауэром – Хрущёв впервые встретился в июле 1955 года в Женеве, а спустя четыре года Никита Сергеевич впервые пересек Атлантический океан. Перед этим в Соединенных Штатах побывал Микоян, который, помимо политических проблем и вопросов торговли, обсудил с президентом Эйзенхауэром предстоящий визит Хрущёва. Стороны договорились о том, что Советский Союз и США проведут для начала две выставки: советскую – в Нью-Йорке, и американскую – в Москве.
Советская выставка, которая открылась в июне 1959 года, пользовалась популярностью (конечно, американцы не без интереса поглазели на достижения страны за «железным занавесом»), но ничем народ не удивила. А вот американские экспонаты, которые выставили через месяц в Москве, произвели настоящий фурор: суперсовременная акустическая система, новая цветная телеаппаратура, видеомагнитофон, стиральная машинка… Хрущёву очень понравилась пепси-кола. Его фотография с бутылкой «Пепси» обошла весь мир – компания «Пепсико» сочла этот снимок лучшей рекламой. А вскоре с «Пепсико» заключили контракт на производство пепси в СССР.
Особенный интерес вызвал павильон «Образцовая американская кухня». Здесь советские граждане могли выжать стаканчик апельсинового сока при помощи электросоковыжималки или сварить в кофеварке чашечку эспрессо. Самым дивным экспонатом была микроволновая печь – ясное дело, о ней в СССР никто и слыхом не слыхивал. Ажиотаж возле этого павильона привлек внимание и Хрущёва. Главе государства было обидно, что советские люди – сытые, обутые, одетые, позабывшие ужасы войны, разруху и черные «воронки» под подъездом, – так восхищаются заокеанскими чудесами. Тут-то и разгорелся спор между ним и вице-президентом Никсоном, представлявшим американскую сторону. Этот спор историки так и называют: «кухонные дебаты». Доказывая преимущества социализма над капитализмом, Хрущёв заявил: «Мы вам еще покажем кузькину мать!» Переводчик смутился и перевел фразу дословно: «Мы вам покажем еще мать Кузьмы!» Американцы ничего не поняли, но предположили, что речь идет о каком-то секретном оружии – перед этим речь шла о военной мощи СССР. «Кузькиной матерью» впоследствии окрестили термоядерную бомбу АН602, испытания которой отложили из-за предстоящего визита Хрущёва в США.