Песец откликнулся минут через пять. Пробурчал недовольно:
— Направление указать можно. Но не постоянно, а с интервалом примерно в четверть часа.
— Мне годится. Указывай.
Предок указал и отключился.
Олег сверился с картой, пробормотал:
— Ничего удивительного, скорее, наоборот.
Направление на место, где неизвестные злодеи держали Алёну находилось совсем в другой стороне от точки рандеву.
Песцов повернулся к охраннику:
— Боец, слушай боевой приказ!
Тот, не покидая сиденья, умудрился изобразить действия по команде «смирно».
— Видишь вот здесь своротка с трассы? Останавливаешься, не доезжая двухсот метров, и ждешь дальнейших распоряжений.
— А… — начал было охранник.
— А для меня ты будешь лишь помехой. Двигай.
Олег сотворил конструкт уменьшения веса и легко, как по асфальту, побежал по сугробам через январский лес.
Где-то в неизвестном месте
Алена пыхтела и сопела, изо всех сил выполняя инструкции Щуки. Всего-то надо было прорастить энергетический канал от магического ядра наружу по кратчайшему расстоянию. Да не тоненькую паутинку, что сгорит от малейшего усилия, а что-то более-менее пристойное, соответствующее хотя бы десятому рангу.
Занятие это было мало того, что нелёгким, но ещё и болезненным. В руках-то каналы от рождения у каждого имеются, их только развивать надо. А чтобы новый отрастить — это задачка не для средних умов. Девушка работала над собой кучу времени, по собственным ощущениям, часа четыре, а новый нештатный канал построила всего-то наполовину. Миллиметров на пять, не больше. Зато тело в районе солнечного сплетения ныло и требовало прекратить издевательство.
Загремел отодвигаемый засов. «Не успела»! — запаниковала Щукина. Задергалась, вскочила на ноги, приготовилась оказать хоть какое-нибудь сопротивление. Но едва дверь отворилась, как поняла: без магии она ничего не сможет сделать.
У входа в её камеру стояло двое громил. Один держал в руках автомат, и черный зрачок ствола глядел прямо на Алёну. Это было жутко — осознавать, что находишься в полушаге от смерти. Такое уже случалось два года назад, но тогда рядом был Олег. Он знал, что и как делать, куда ехать, куда бежать. В итоге смерть просквозила мимо, буквально по кончикам волос, но ощущение близости косорукой запомнилось навсегда. Сейчас же по спине пробежал холодок, так что девушке пришлось спешно брать себя в руки. А что прикажете делать, если ноги принялись позорно дрожать?.
Другой бугай был без оружия. Вернее, его автомат болтался на плече. В руках он держал поднос с едой. Ничего сверхъестественного: картошка с тушенкой, чай из пакетика, дешевая булочка. Но сейчас эти примитивные кушанья казались вкуснее обеда в лучшем ресторане. Предки, как же пахла тушенка! Бугай поставил поднос на пол, кинул рядом прозрачный пакетик с пластмассовой одноразовой ложкой и вышел. Тяжело закрылась дверь, лязгнул засов. Алёна снова осталась одна.
Желудок буквально вопил:
— Еда!
Но тут, ни с того, ни с сего, у пленницы разыгралась паранойя: А что если ей подсыпали какую-нибудь гадость? Например, яду в картошку или снотворного в чай. Конструкт для распознавания подобных вещей был простым, доступным даже дегенератам с двенадцатым рангом, но создать его было невозможно. Если, конечно, не дорастить до конца магический канал.
Утробно завывающий желудок подгонял свою хозяйку не хуже древнеримского стимула[4]. Боль против голода: что сильнее? В Алёнином случае победил голод. И, наплевав на боль, словно бы отодвинув её в сторону, девушка удвоила усилия, затем утроила и, наконец, учетверила. Оставшиеся пять миллиметров она преодолела всего-то за час. Отдышалась, ощущая, как взмокла от напряжения, и тут же попробовала проверить еду.
Картошка остыла, но была вполне съедобна. Булочка — тоже. А вот в чае и впрямь обнаружилось что-то постороннее. То ли снотворное, то ли еще что — она не знала и знать не хотела. Ей достаточно было того, что неведомая гадость присутствует.
Алёна съела картошку, убрала булочку в карман, а чай вылила в угол, постаравшись, чтобы это было незаметно для камеры. Настроение чуточку приподнялось. Можно было переходить к следующему пункту плана.
Где-то под Москвой
В поисках места, где держали Алёну, пришлось побегать. За пятнадцать минут по лесу проскочить можно километра два-три. А потом приходится останавливаться и ждать очередного уточнения. И — снова бегом. Первые три раза направление почти не менялось, а вот после четвертого переданный Песцом «указатель» резко скаканул в сторону. Стало ясно: нужное место уже совсем рядом.