– Нет, первый раз, – ответила я и все еще не могла осознать, что этим пьяным действом хотел сказать Сэм. – Может, он прикололся?
– Вероника, сам Оливер принес тебе пионы, – воскликнула Карли, театрально вознося руки вверх, будто Аполлон, или, лучше, Зевс Громовержец завалился к нам на репетицию на призывы грома, – да ты крутая, подруга!
– Карли права, – согласился Джаспер, – но ты и без подкатов Сэма крутая.
– Ну, дрепнулся он, конечно, ржачно! – растягивая каждое слово, выдал Мэттью.
– Ага, – задумчиво подтвердил Уилл, по выражению лица которого можно было сказать, что его дух отлетел куда-то в небеса, но оказалось, что он вспоминал.
– Кстати, по поводу смеха, – резко опомнившись, гитарист одарил пристальным и немного прищуренным взглядом сначала меня, а потом Джаспера. – Если вы, черти, думаете, что я не слышу сзади ваши сдавленные смешки, то вы глубоко ошибаетесь!
Джас не смог долго держаться и начал хохотать. Видимо, восстановил в памяти то, что тут творилось пару минут назад. Я тоже сдерживалась из последних сил, чтобы не свалиться от смеха.
– Он еще и ржет, – закатил глаза Уилл. – В тебя первого полетит бутылка из зала!
– А потом ты у меня на нее…
– Эй, красивый мальчик, – из воспоминаний меня выдернул крик, который перекрыл играющую в наушниках музыку.
Это Джаспер подметил мой сегодняшний внешний вид и решил так ко мне обратиться. Я вытащила наушники и сглотнула подступивший к горлу ком.
– Ты сейчас взглядом дыру прожжешь в рольставнях, – не унимался Джас, и я поплелась в его сторону.
Ох, Джаспер, мой Джаспер, мой Мальчик-солнечный зайчик. Длинные рыжие волосы, сегодня небрежно завязанные в низкий хвост, выбивающимися прядями обрамляли фарфоровую кожу с отметками солнца – веснушками. Иногда так и хочется немедленно затащить его в тень, иначе он обуглится, подобно вампирам из голливудских мистических фильмов. Как и полагается киношным дракулам, он прекрасен. Даже сейчас, облокотившись всем своим стройным телом о дверной косяк и шаря в карманах оригинальных брюк в поисках зажигалки, мой друг держал осанку и расправлял непроизвольно плечи в черной, полностью расстегнутой рубашке. Помимо того, что Джас талантливый барабанщик, так он еще и рукодельник – сам сшил себе штаны из лоскутов бандан и джинсов. Они мне нравятся, по ним очень легко найти Джаспера в толпе.
– Ты там че, проверяла свои способности в телекинезе, пыталась силой мысли открыть гараж?
– Да, где твои салфетки и перекись? Вдруг бы у меня сейчас вовсю хлестала кровь из носа и ушей от напряжения, – подыграла я.
– Мигом, – Джас повернулся к дверному проему лицом и изобразил походку на месте.
– Эх, друг еще называется! – в шутку пожурила Джаса.
Я хотела остановить его, но друг при повороте схватил меня одной рукой за талию и прижал к себе. Порой координация его движений поражала, ровно как сейчас. Не обращая внимания на мои возмущенные трепыхания в образовавшемся кольце из рук Джаса, легким движением он скинул с меня капюшон и поджег пагубный источник никотина, бережно зажатый у него в зубах.
– Оди, Оди[18], не умирай, – лепетал Джаспер, выдыхая ядовитый дым мне в затылок.
По спине побежали мурашки, но друг не дал насладиться моментом и отстранился. Мы, как самые настоящие фанаты сериала «Очень странные дела», часто с ним обыгрывали некоторые реплики персонажей. А лет пять назад, посмотрев вместе первый сезон, я и Джаспер настолько вдохновились сериалом, что нашли на кухне пустую банку из-под Колы и часа два или три надеялись сдвинуть ее с места одним лишь сосредоточенным взглядом. Моя сестра Виктория снимала нас на камеру мобильника и дико хохотала над нашей глупостью. Но это еще что, год назад, при традиционном совместном просмотре четверного сезона, мы подняли в доме Джаспера жуткий шум на эпичной сцене, где Эдди привлекал внимание летающих тварей с помощью игры на электрогитаре песни Metallica «Master of Puppets». Дело было ночью на летних каникулах, но это не удержало нас от того, чтобы запрыгнуть на диван с ногами, взяться за руки и, тряся головой в разные стороны, орать наизусть выученные слова. Наши крики разбудили спящих родителей, и Джасперу потом нехило влетело, но зато как было весело, и теперь есть, что вспомнить.
– Реально, – от смеха поперхнувшись дымом, я закашлялась, – сейчас прям тут помру, Джас, только выплюну легкие, подожди!