И в конце концов соглашение было достигнуто. Обо всем договорившись, они поднялись и скрепили свою сделку рукопожатием. Я увидела ноги, направившиеся к выходу: немец, играя роль хозяина, шел чуть позади, пропуская Серрано вперед. Уже почти у самой двери Бернхардт осведомился:
— Вы поговорите об этом с Бейгбедером или предпочитаете, чтобы это сделал я?
Серрано ответил не сразу, я слышала, как сначала он зажег сигарету — трудно сказать, какую по счету.
— Вы считаете, в этом есть необходимость? — спросил он, выдохнув дым после первой затяжки.
— Установки будут размещены в испанском протекторате, так что, полагаю, верховный комиссар должен об этом знать.
— В таком случае предоставьте это мне. Каудильо сам поставит его в известность. А что касается условий нашего договора, лучше не разглашать подробностей. Пусть это останется между нами, — добавил он, выключая свет.
Через несколько минут, решив, что прошло достаточно времени, чтобы они успели выйти из здания, я осторожно поднялась с пола. От их присутствия в комнате остался лишь сильный запах табака и полная окурков пепельница. Однако мне по-прежнему приходилось быть настороже. Поправив юбку и жакет, я на цыпочках подошла к двери, все еще боясь выйти в коридор. Но не успела я дотронуться до ручки, как вдруг заметила, что кто-то поворачивает ее с противоположной стороны. Я стремительно отскочила и изо всех сил прижалась к стене, словно пытаясь с ней слиться. Дверь резко распахнулась, едва не ударив меня по лицу, и в следующую же секунду зажегся свет. Я не могла видеть вошедшего, но слышала его голос.
— И где же растяпа оставил свой чертов портсигар? — сквозь зубы процедил этот человек.
И я поняла, что это всего лишь солдат, посланный за вещью, оставленной Серрано или Бернхардтом. Через несколько секунд в комнате вновь стало темно и тихо, но я уже не могла собрать достаточно смелости, чтобы заставить себя выйти в коридор. И предпочла выбраться через окно, как мне однажды уже приходилось делать.
Вернувшись в сад, я, к своему удивлению, застала Маркуса Логана за оживленной беседой с Бейгбедером и хотела ретироваться, но было уже поздно: верховный комиссар заметил меня и знаком попросил подойти. Я приблизилась, стараясь справиться с волнением, все еще не покидавшим меня после всего пережитого.
— Так, значит, вы и есть та прекрасная модистка, с которой дружит моя Розалинда, — произнес Бейгбедер, встретив меня улыбкой.
В одной руке он держал сигару, а другой приобнял меня за плечи, словно я была его старой приятельницей.
— Я рад, что наконец познакомился с вами, дорогая. К сожалению, наша Розалинда сегодня не очень хорошо себя чувствует и не смогла к нам присоединиться.
— Что с ней случилось?
Бейгбедер взмахнул в воздухе рукой с сигарой.
— Проблемы с кишечником. С ней бывает такое, когда она перенервничает, а в последнее время мы слишком много хлопотали в связи с приемом высокого гостя, так что у бедняжки не было ни минуты покоя.
Он жестом попросил нас с Маркусом приблизиться и доверительно произнес:
— Слава Богу, куньядисимо завтра уезжает — боюсь, дольше мы бы не выдержали.
После этого признания Бейгбедер звонко расхохотался, и мы последовали его примеру.
— Что ж, дорогие мои, мне нужно идти, — сказал он, посмотрев на часы. — Очень приятно с вами общаться, но, увы, долг зовет: сейчас начнутся гимны, речи и прочие протокольные формальности — в общем, самое скучное. Сира, когда сможете, навестите Розалинду: она будет вам рада. И вы, Логан, заходите к ней в гости, ее развлечет общение с соотечественником. Может, нам удастся поужинать вчетвером, когда все наконец успокоится. God save the king![61] — воскликнул Бейгбедер на прощание, театрально подняв руку, и, не сказав больше ни слова, зашагал прочь.
Мы несколько секунд молчали, глядя на его удалявшуюся спину и не переставая удивляться странностям этого человека.
— Я искал вас почти час — где вы пропадали? — спросил наконец журналист, все еще не отрывая взгляда от верховного комиссара.
— Занималась тем, о чем вы меня попросили.
— Значит, вам удалось выяснить, что немцы разглядывали вместе с Серрано Суньером?
— Ничего важного. Какие-то семейные фотографии.