«Зачем ты ей нагрубил?» – вывел я. Падди покосился на скользящий по грифельной доске мел и безразлично пожал плечами.
– А зачем она мне лапшу на уши вешать вздумала? – пробулькал он, и я не удержался от смеха. Ну уж очень потешный вид был у хафлинга, изумлённо взирающего на вылетающие из его рта и трубки мыльные пузыри… вместо дыма. Таких круглых глаз даже у лемуров не бывает, честное слово!
Догадаться, кто был автором этой шутки, труда не составило. На барной стойке буквально катались от хохота все четверо хеймитов. Даже Бран, а он, между прочим, среди них самый серьёзный. Командир, можно сказать. Предводитель, и тот ржёт.
– Спалю к Многоликому! – взвился над стулом неожиданно разъярившийся Падди и осел обратно, усаженный моей рукой, опустившейся на его плечо.
– Не сметь, – прорычал я в лицо хафлинга, отчего тот на миг побледнел и застыл, словно пригвождённый к месту. Я же повернулся к хихикающим хеймитам, которым и дела не было до взбешённого хафла. Впрочем, да, выглядел он в тот момент забавно. Эдакий возмущённый хорь-альбинос. Хотя теперь уже замерший сусликом. Хах!
– Бран! – прохрипел я. Чернявый «предводитель» хеймитов утёр выступившие от смеха слёзы и выжидающе воззрился на меня. – Четвёртый номер тащи.
Бран кивнул и, хлопнув матово-чёрными крыльями, исчез за стойкой, оставив за собой след из осыпающихся чёрных искр. А затем, не прошло и минуты, как на стол передо мной приземлился поднос с кружкой молока, внушительной бутылкой, парой разноразмерных стопок и блюдцем с виточками тонко нарезанного подкопчённого сала, лежащими на кусочках грубого, ржаного хлеба. Разлив самогон по стопкам, я взял ту, что хеймит предназначил мне, и ткнул её в руки замершего хафлинга. Рука Падди автоматически сжалась на стекле великоватого для него стакана. Его же рюмка просто утонула в моей ладони.
– Залпом, – приказал я, подхватывая с блюдца хлеб и сало.
Хафл заторможенно кивнул и механически опрокинул содержимое стакана в глотку. Проглотив свою порцию жгучего напитка, я дождался от хафлинга долгого сиплого выдоха и тут же сунул ему в пасть заедку, с интересом наблюдая, как меняется выражение краснеющего лица этого «великого мага». Вот он запунцовел, выпученные глаза налились кровью, но… жуёт, не плюётся. Уже хорошо…
– Драххов огонь! Это… что это было?! – прожевав хлеб с салом, не хуже меня прохрипел Падди, когда его физиономия уже почти вернула свой нормальный вид, а горящий язык вновь смог ворочаться.
«Перцовый гон в две трети[39]. – Я улыбнулся приятелю во все имеющиеся сорок зубов, и тот, прочитав мой ответ на грифельной доске, передёрнул плечами. – Понравилось?»
– Иди ты к Многоликому! – отшатнулся Падди.
Я ухмыльнулся и указал бедолаге на двухпинтовую кружку с молоком, стоявшую на том же подносе. Тот покосился на меня, осторожно взял её в руку, принюхался к содержимому, вздохнул и надолго присосался к спасительной жидкости. Ну что ж, эксперимент можно считать удавшимся. Точнее, эксперименты.
– Успокоился? – спросил я хафла, когда тот вернул опустевшую кружку на стол и со вздохом откинулся на спинку стула. Падди бросил на меня недовольный взгляд, но, промокнув платком всё ещё слезящиеся глаза, всё же нехотя кивнул. Хорошо… я вновь взялся за грифельную доску, и струйки мела побежали по её поверхности: «Не обижай моих гостей, Падди. Прошу как друга».
– Я… – вскинулся было хафл, но наткнулся на мой взгляд и, сгорбившись, махнул рукой. – Постараюсь.
«Не надо стараться, – я покачал головой. – Просто не обижай. Они мои гости, значит, я обязан их защищать, пока они живут в моём доме. Не заставляй меня делать выбор между нашей дружбой и их защитой».
– Гости? Они работники, – буркнул хафл, и я не сдержал вздоха.
Вот ведь… не думал, что внук старого Уорри подвержен общим стереотипам местных жителей. А ведь я тоже был наёмным работником, даже хуже – подёнщиком. И даже не у самого Падди, а у его младшей сестрёнки. И не замечал со стороны хафла такого отношения… да его и не было! Так почему сейчас вылезло?! Ла-адно. Потом разберёмся.
– Не работники, – рыкнул я. – Помощники. Гости. Денег я им не плачу.
– Э? – Падди явно удивился. Смерил меня долгим взглядом, после чего перевёл его на хеймитов, уже отсмеявшихся и теперь с интересом наблюдающих за метаморфозами хафла. – Как так?
– А зачем нам деньги? – накручивая локон зелёных волос на пальчик, пожала плечами Агни. – Тяжёлые бесполезные кругляши. Магия лучше.