Потом, в тот же год и последующие, придут ужаснейший мор, еще более примечательный из-за предшествовавшего ему голода, и величайшие горести, каких никогда не бывало с изначального [дня] основания христианской церкви, [пройдут] по всем латинским краям, оставляя след в некоторых испанских странах.
И тогда третий царь Севера, услышав сетования народа о его главном титуле, соберет огромнейшую армию и пройдет ущельями его близких предков и прадедов, и вернет большую часть [вещей] в свое состояние. И великий викарий в мантии будет восстановлен в своем изначальном положении, – но безутешный, и сверх того – совершенно беспомощный. И случится так, что святая святых будет разрушена язычеством, а Ветхий и Новый Заветы – гонимы и сжигаемы.
После этого Антихрист станет адским правителем, и вновь – в последний раз – вострепещут все царства христианского мира, а также и неверные, на протяжении 25 лет. И произойдут тяжелейшие войны и сражения, и будут города, поселки, замки и другие строения сожжены, опустошены, разрушены, с великим пролитием крови весталок; замужние и вдовы [будут] изнасилованы, грудных младенцев станут насмерть швырять о стены городов. И столько бедствий произойдет по вине Сатаны, адского правителя, что почти весь свет окажется разгромленным и опустошенным. И перед этими событиями некие необычные птицы возгласят в воздухе: «Ныне, ныне», и через некоторое время исчезнут».
Антихрист (или его предтеча, агрессивный лжепророк) фигурирует также в катрене 8—78:
Преследования истинных христиан продолжаются в катрене 8—80, причем гонения исходят от церковника высокого ранга («великого красного» – по цвету кардинальских одежд):
Кровь священства льется и в катрене 8—98:
Но не только священники пострадают от гонений. Об этом говорит катрен 1—62:
Латония – дочь Дианы (Латоны) и Аполлона, богиня Луны. У Вергилия в «Энеиде» (IX, 403–406) о ней сказано:
По мнению Нострадамуса, до конца XIX века следует ожидать ущерба ученым и культуре из-за войн, стихийных бедствий, но в первую очередь – от невежественных правителей. Нострадамус высказывал эту мысль не только в «Пророчествах», но даже в своем сборнике рецептов – видимо, считая ее важной: «Легко можно заметить, что за совсем недолгое время славная ученость так расцвела, – особенно в последние 100 лет или даже меньше, – что Флоренция произвела множество людей столь всесторонне образованных, что я осмелюсь утверждать, что в нынешнем веке воцарился истинный аттический (греческий. – А. П.) язык. И мы обязаны нашим предшественникам, оставившим нам столько письменных памятников. Благодаря им мы понимаем их время и сможем судить о будущем ущербе учености, каковой может случиться как вследствие пожара или потопа, так и невежественной небрежности».[171]
«Невежественные скипетры» в глазах Нострадамуса имели вполне реальные политические прототипы. Генрих II по своему культурному уровню был очень далек от отца, Франциска I: «От солдата он имел прежде всего физические качества. Он любил борьбу и жестокие упражнения. Современники отмечали в нем эту исключительную любовь к мускульной жизни. В бытность свою дофином Генрих скучал в обществе людей науки; после того как он стал королем, его мнение о них только ухудшилось. Но – рубить деревья; но – сражаться на шпагах и в толпе, укрощать лошадей, носиться на ристалище, вольтижировать, прыгать и играть в мяч: во всех этих экзерсисах он воистину был первым. Восхищался он лишь солдатами. Соранцо писал: „Если вы не солдат, вам не место при этом дворе“».[172]
Гонения на культуру и науку, падение престижа образованности вообще тесно связаны с «варварским» Средневековьем, но также и с агрессивным язычеством с его гонениями на раннее христианство: «Литература же почиталась среди дурных искусств, а тех, кто ее создавал, изгоняли и проклинали, как врагов» (Лактанций. О смертях гонителей, XXII, 2).
В катрене 4—18 поднимается тема преследования астрологов:
К предсказательной астрологии власти светские и церковные относились, в общем, негативно, хотя до гонений на астрологов (тем более с казнями) дело никогда не доходило.