Стоит ли говорить, что время блестяще (если здесь уместно это слово) подтвердило его скептицизм? История показывает, что человек если и меняется, то крайне медленно и неохотно; именно поэтому каждое поколение век за веком вновь открывает для себя «Пророчества» Нострадамуса.
Читатель XXI столетия легко заметит сходство книги провансальского предсказателя с лучшими романами-предупреждениями мировой литературы – «Войной миров» Уэллса, «Днем триффидов» Уиндема и «1984» Оруэлла. Человек – жертва Провидения; человек – жертва собственных творений; наконец, человек – жертва произвола властей; эта отнюдь не святая троица благополучно пережила революции и мировые войны, с триумфом войдя в третье тысячелетие.
И вместе с тем «Пророчества» Нострадамуса – нечто более глубокое, чем сборник кошмарных снов о грядущем. Сдержанный оптимизм, негодование, ирония, даже юмор – на страницах «Пророчеств» нашлось место всей гамме человеческих чувств. Они делают книгу Нострадамуса естественной. Именно эта естественность и защищает «Пророчества» от старения, подобно эликсиру вечной молодости – извечной мечте алхимиков.
ПРИЛОЖЕНИЕ
ПОТЕРЯННЫЕ КАТРЕНЫ НОСТРАДАМУСА
Как известно, литературное наследие Мишеля Нострадамуса отнюдь не ограничивается знаменитыми «Пророчествами». Провансальский ясновидец оставил после себя немало альманахов – ежегодных астрологических прогнозов, которые, собственно, и стяжали ему прижизненную славу. Многие альманахи переводились на иностранные языки – итальянский, немецкий, английский. Популярность Нострадамуса была столь высока во всей Западной Европе, что издатели не гнушались тем, что ныне именуется пиратством: нередко альманахи перепечатывались без разрешения (а стало быть, без выплаты автору и правообладателю вознаграждения). Известны также случаи публикации коллажей из его альманахов на прежние годы – с «обновленной», однако, датой.
Для исследователя «Пророчеств» важно все, что выходило из-под пера Нострадамуса – изучение языка предсказателя помогает разобраться в особенностях его работы со словом, проникнуть в тайны его творческой мастерской. Автору этих строк неоднократно удавалось понять некоторые туманные словесные обороты, встречающиеся в «Пророчествах», благодаря альманахам, где эти же словосочетания были поставлены автором в гораздо более ясный контекст. Одним словом, для исследователя любой текст Нострадамуса являет собой великую ценность. Тем более ценен текст, недоступный доселе и лишь теперь вводимый в научный оборот; вдвойне такой текст ценен, если в нем содержатся ни много ни мало как неизвестные катрены Нострадамуса.
Как уже говорилось, Мишель Нострадамус, помимо «Пророчеств», оставил 154 катрена, помещенных в альманахах на 1555–1567 годы. Катрен открывал предсказания на каждый месяц года; кроме того, в альманахах на 1555, 1559 и 1562–1567 годы присутствуют дополнительные катрены, описывающие год в целом. Альманах на 1567 год завершает также четверостишие La fin de l'an – «О конце года».
В этом ряду «текущих катренов» зияет, однако, досадный пробел. Ни одного альманаха на 1556 год не сохранилось. Он был библиографической редкостью и в XVI веке, судя по тому, что экс-секретарь Нострадамуса Шавиньи, оставивший объемистый рукописный свод выписок из альманахов, выразил сожаление, что календаря и катренов на этот год ему найти не удалось. Не сохранились и переводы этого альманаха (если они вообще были). Выходит, нам не суждено прочесть стихи о 1556 годе?
В библиотеке Иллинойсского университета хранится единственный в мире экземпляр английского перевода альманаха Нострадамуса на 1564 год.[176] В библиографическом справочнике Мишеля Шомара он описан под № 60; в своде Робера Беназра он, однако, отсутствует. На то есть своя причина: этот альманах – коллаж. Исходный текст урезан до минимального объема: краткие прогнозы, заимствованные из французского оригинала, сведены к самым общим фразам о погоде и болезнях. Словом, это типичное пиратское издание, и числиться бы ему в таковых и дальше, если бы не одиннадцать катренов, сопровождающих эти «астрологические выжимки». Ведь, судя по всему, эти четверостишия – не что иное, как весточка из иного мира, где пребывает пропавший альманах на 1556 год.
Предоставим слово Пьеру Брендамуру, внимательно прочитавшему английский альманах и сделавшему правильные выводы о ценности этого документа: «Фронтиспис, начало альманаха (в том числе описание января) и конец предсказания утрачены… Я не смог идентифицировать катрены, но они, похоже, вышли из-под пера Нострадамуса – это заметно и по манере, и по следам рифм, уцелевшим после перевода… Комментарии к темам равноденствий и солнцестояний соответствуют данным на 1556 год, что наводит меня на мысль, что некоторые фрагменты этой подделки, в том числе пророческие катрены, переписаны из альманаха на этот год. Таким образом, сей документ придает этому изданию исключительную важность».[177]
И вот английский альманах на 1564 год доступен.[178] Действительно, перед нами перевод, местами явно искаженный; вторая половина катрена на июнь пострадала больше всего. Каков же источник этих 44 строк? Во-первых, неизвестный переводчик мог сам выдумать катрены или взять их из источника, не связанного с Нострадамусом. Это маловероятно; в строках явно присутствует присущий провансальскому астрологу стиль и колорит, который проглядывает даже сквозь перевод (кстати, подстрочный; неизвестный англичанин не стал его зарифмовывать, за что мы должны быть ему благодарны – ведь стихи в поэтическом переводе утрачивают значительную часть смысла и настроения, вложенного в них автором). Приходится согласиться здесь с Пьером Брендамуром, чье мнение мы привели выше.
176
[Nostradamus. An almanack for the yere. M.D. lxiv]. University of Illinois at Urbana-Champaign Library. Location: Rare Book & Manuscript Library [non-circulating]. Call Number:529.5 H484a.
178
Автор выражает глубокую признательность профессорам Дэвиду Мэйси и Марку Титеру (США) за помощь в получении копии издания 1564 года.