Загадочные обстоятельства зачатия принца указывают на его сверхъестественное происхождение. О таком монархе Нострадамус писал и в «Переводе „Иероглифики“ Гораполлона»:
В катрене 10–89 Август появляется вновь:
Светоний в уже упомянутом жизнеописании сообщал: «Он (Август. – А.П.) так отстроил город, что по праву гордился тем, что принял Рим кирпичным, а оставляет мраморным; и он сделал все, что может предвидеть человеческий разум, для безопасности города на будущие времена». Октавиан действительно правил 57 лет, из которых 44 были по-настоящему мирными – по тем временам это весьма немало.
В катрене 4—96 Нострадамус пишет о династическом союзе Англии и Испании:
«Брат» и «сестра» – это Эдуард VI (1537–1553) и Мария I (1516–1558), дети Генриха VIII Тюдора от разных жен. Нострадамус ошибся или же счел нужным уменьшить разницу в их возрасте с 21 до 15 лет. Под «царством Весов» астрологи понимали Испанию. В 1554 году Мария Тюдор («Кровавая») вышла замуж за испанского принца Филиппа Габсбурга – сына Карла V, врага Франции и убежденного (до фанатизма) католика. Два года спустя он стал королем Испании под именем Филиппа II. Очевидно, Нострадамус считал, что этот брак приведет Тюдоров на трон Испании. На деле династический союз оказался непрочным – вскоре Мария умерла, не оставив потомства, и Англия досталась ее сестре Елизавете I, не питавшей симпатий ни к католикам вообще, ни к испанцам в частности.
В оригинале в конце третьей строки фигурирует несуществующее слово – verrifique. Разные комментаторы и исследователи предлагали разные его толкования; по мнению автора этих строк, речь идет об искаженном опечаткой terri-fique – «ужасный». Действительно, Филипп II имел репутацию крайне жестокого монарха, особенно после кровавого подавления протестантского восстания в Нидерландах в 1567 году. Напомним, однако, что характеристика «Пророчеств» относится к периоду не позже 1555 года, когда Филипп еще не был королем, и заставляет в очередной раз удивиться прозорливости Нострадамуса.
В катренах 5–6 и 5—75 описан древнейший эпизод из истории Рима – инаугурация легендарного царя Нумы Помпилия:
Тит Ливий описывает этот эпизод в «Истории Рима» (1,18): «Приглашенный в Рим, он, следуя примеру Ромула, который принял царскую власть, испытав птицегаданием волю богов касательно основания города, повелел и о себе воспросить богов. Тогда птицегадатель-авгур, чье занятие отныне сделалось почетной и пожизненной государственной должностью, привел Нуму в крепость и усадил на камень лицом к югу. Авгур, с покрытою головой, сел по левую его руку, держа в правой руке кривую палку без единого сучка, которую называют жезлом. Помолившись богам и взяв для наблюдения город с окрестностью, он разграничил участки от востока к западу; южная сторона, сказал он, пусть будет правой, северная – левой; напротив себя, далеко, насколько хватал глаз, он мысленно наметил знак. Затем, переложив жезл в левую руку, а правую возложив на голову Нумы, он помолился так: „Отец Юпитер, если боги велят, чтобы этот Нума Помпилий, чью голову я держу, был царем в Риме, яви надежные знаменья в пределах, что я очертил“. Тут он описал словесно те предзнаменованья, какие хотел получить. И они были ниспосланы, и Нума сошел с места уже царем».
Катрены 5—90 и 5—91 трудно понять, не ознакомившись предварительно с классическим медицинским трактатом Гиппократа «Об эпидемиях»:
«Опершийся на серп» – Сатурн, изображавшийся в виде старика с косой или серпом. Его влияние считалось в астрологии причиной эпидемических заболеваний.
Площадь Лжецов – рыночная площадь в Афинах, упоминавшаяся Гиппократом в трактате «Об эпидемиях» (III, 2). «Бурный поток и афинское поле» – Аттическая равнина и текущая по ней река Кефис. Наемная легкая кавалерия (стратиоты) играла заметную роль в войнах XVI века в Южной Европе. Обычно она именовалась «албанской», хотя в нее также входили греки, черногорцы или сербы. В «Мемуарах» Филиппа де Коммина мы находим интересное описание этих воинов, имевших превосходную репутацию (VIII, 7): «Стратиоты напоминают мусульманских конников, одеты они и вооружены, как турки, но на голове не носят уборов из полотна, называемых тюрбанами; люди они суровые и круглый год спят на открытом воздухе, как и их лошади. Они все греки, приходящие из тех мест, которыми владеют венецианцы; одни из Наполи-ди-Романия в Морее, а другие из Албании, из-под Дураццо. У них хорошие турецкие лошади. Венецианцы доверяют им и постоянно держат их на службе. Я видел их всех, когда они высадились в Венеции и им был устроен смотр на острове, где расположено аббатство Сан-Николо; их было почти полторы тысячи. Люди они храбрые, и сражаться с ними нелегко».
140
Nostradamus М. de. Interpretation des Hieroglyphes de Horapollo. Texte inedit etabli et commente par Pierre Rollet. Barcelona, 1968. P. 163.