— Но, Джейн, погоди минуточку, — сказала я, открывая пакет с зеленью с надписью «Вымыть перед употреблением» и вытряхивая содержимое в салатницу. — У него нет детей.
— Как скажешь, но он купил дом в твоем саду, разве не так? В том самом, куда ты приглашала меня в прошлом году на отвратительную вечеринку, где самодовольные банкиры бродили вокруг и поздравляли друг друга с тем, что они живут в раю и вдыхают аромат жимолости… Боже, эти отвратительные танцы в шатре… все эти партнеры крупных фирм, напившиеся шампанского и дергавшиеся под «Лё Фрик»… — Она умолкла, и я почти увидела, как ее передергивает от отвращения.
— Рада, что тебе понравилось, — съязвила я, открывая холодильник в поисках, чего бы дать Ральфу на ужин. — Напомни, чтобы я в этом году снова тебя пригласила.
Джейн холодно и вежливо рассмеялась.
— Да, Сай — мой сосед, — продолжила я со скромной гордостью. В конце концов, замечательные соседи — то, чем я могу похвастаться. Но я ничего не добавила. Мысли потекли с удвоенной скоростью.
Я пыталась понять, как поступить, одновременно придумывая, что приготовить на ужин… может быть, песто… опять? Если добавить орехи, почему бы и нет?
Ральфу потрясающе легко угодить. Он благодарен даже за то, что его кормят каждый вечер, так же как он благодарен, если дом не зарастает грязью. Большего нельзя и пожелать, но именно сейчас достоинства Ральфа встают на моем пути. Если бы он был чудовищем, которое бьет меня и оскорбляет детей… тогда было бы намного легче.
— Здорово, — с энтузиазмом продолжила Джейн, как будто бы все было решено. — Мы подумываем назвать материал «Наполеон Ноттинг-Хелла»[45]. Как насчет двух тысяч слов?
— Нет-нет, Джейн, подожди минутку, — перебила я. Я должна была подумать. Я открыла пакет, вывалила его содержимое на горячую сковородку с шипящим маслом и поставила ее на решетку в духовку.
Я не могла брать у Сая интервью. Это было бы слишком очевидно, слишком прямолинейно. Женщины-журналистки использовали предлог интервью, чтобы заполучить доступ к жертве, с тех пор как бывший глава «Дженерал электрик» оставил жену ради молоденькой девушки из деловой газеты.
Нет, я явно не хочу браться за это интервью (плюс все, у кого я когда-либо брала интервью, начинали меня ненавидеть). Но я хотела бы использовать этот предлог.
Так что я пообещала Джейн, что попробую, но чтобы она много не ждала. К тому же я напомнила, что ничего не знаю о серьезном бизнесе и серьезных бизнесменах и она всегда может предложить эту работу кому-то из делового блока газеты. Я упомянула пару других фрилансеров.
— Я бы сначала позвонила им, если ты собралась публиковать подобный материал, — ханжески сказала я, будто бы принимая интересы других журналистов близко к сердцу.
— Спасибо и на том, Мими. Дай мне знать, как идут дела, — сказала Джейн и повесила трубку. Она поняла, что на этот раз не удалось договориться.
Буря в моем животе, которую я ощутила при знакомстве с Саем, разыгралась с новой силой, так что мне пришлось съесть целую упаковку шипучих детских таблеток редоксона[46]. Затем я отправилась в гостиную, взяла кремовую визитную карточку и белый конверт и принялась искать гелевую ручку.
Потом я надела на Калипсо поводок, крикнула Ральфу, что собираюсь прогуляться с собакой по саду, и отправилась в Лонсдейл-гарденс, где опустила письмо в почтовый ящик Сая. Мультимиллионер был в своей резиденции. Все огни горели. Естественно, на визитке были мои полные данные, от адреса в Лондоне и номера мобильного до группы крови.
19 марта
Дорогой Сай! (нацарапала я зелеными чернилами — единственная ручка, которая писала). «Дейли мэйл» поручила мне взять у вас интервью для большой статьи, но я отказалась. Я объяснила редактору, что вы недостаточно интересная личность. Если вы захотите убедить меня в обратном, у вас есть мой номер телефона.
Искренне ваша,
Мими Малоун
P.S. Мне крайне не понравилось, когда вы поцеловали мою шею. Прошу больше никогда так не поступать.
По дороге домой, вдыхая сладкие умопомрачительные ароматы цветущих деревьев, я почувствовала сожаление. Я услышала, как голос моей матери произнес: «Дорогуша, мужчин цепляет только одно. Недоступность».
Думаю, она имела в виду, что все мужчины по натуре охотники и хотят, чтобы женщины сидели в пещере, свежуя саблезубого тигра возле огня и притворяясь, что им наплевать, запал на них охотник или нет.
Даже если так, мой поступок не настолько безнадежен. Для начала — это моя работа. К тому же даже моя мать согласилась бы, что правила можно нарушать, особенно если привлекательный одинокий мультимиллионер очевидно тобой увлекся.