III (LXXIV1-3)[328]
[Здесь рассказывается о том, кто от добра добра искал]
Некто взялся записывать все безумства и глупости, кем бы они ни делались. Записал, как одного человека одурачил алхимик: получив от алхимика вдвое того, что ему дал, он, дабы сразу нажиться, дал ему затем пятьдесят золотых, а тот и был таков. Обиделся оставшийся в дураках на запись и, спросив: «А если бы я получил вдвое, как и полагалось, что бы ты записал?» – услышал в ответ: «Вычеркнул бы тебя и занес бы его».
Очень часто человека побуждает к добру не добродетель, а надежда на награду или какую-нибудь выгоду. Мудро поэтому, имея в ком-либо нужду, поманить его надел «дои на вознаграждение прежде, чем обратиться к нему с просьбой.
Некто, по совету одной старухи, дабы возвратить драгоценности, которые отказывался вернуть человек, имеющий их на сохранении, дал ему знать, что намерен отдать на хранение еще одному лицу множество драгоценностей в шкатулках. Тот же, увидев, как их переносят, сказал: «Приходи и забирай, что тебе принадлежит». 11 возвратил ему все не по своей доброте и честности, а в надежде на больший куш. Так он остался в дураках, ибо шкатулки тут же перестали носить, а в уже принесенных ничего не оказалось, – и поделом ему.
IV (LXXXV 1–2)
[Какие советы надлежит давать]
Фреди далла Рокка вел воину с Сассафорте.[329] Однажды по совету друзей и по их настоянию, но против своей волн, он выступил против неприятеля. Перед самой схваткой его спросили, каким будет боевой клич, и он сказал:
«Господа, я прошу выбрать такой клич: смело, как дома – дабы все вели себя так же смело, как дома, когда давали мне совет пойти на неприятеля».
Так и должно быть, но частенько происходит обратное: смелые советчики теряют храбрость в бою.
Во многих местах есть закон: кто стоит за войну или поход, должен принять в них участие, ибо достоин хулы дающий совет и не способный сам ему следовать. Мессер Дж. да Кори но, будучи однажды в походе, несмотря на свою судейскую должность и возраст, ответил человеку, который этому дивился, что участвует в походе, дабы иметь голос в совете о воине.
Дополнение к Новеллино IV[330]
I (CXXXVII)
[О том, как Геркулес сразил великана]
Когда Геркулес возвратился из царства амазонок, где сражался и одержал победу, прослышал он о великане невиданной силы. Звали этого великана Этеус[331] и жил он в Греции в большом лесу, что возле высокой горы. Этот великан имел такое свойство, что если случалось ему бороться с каким-нибудь рыцарем или еще с кем-нибудь, и он невзначай падал, то едва успевал он коснуться земли и почувствовать ее прохладу, как тотчас же сила его возрастала вдвое. Из-за этого свойства, а также потому, что был он могуч и жесток и не щадил никого вокруг, одно его имя наводило на всех ужас. Вот о нем-то и услышал Геркулес и отправился с ним сразиться; стоило им встретиться, как они бросились навстречу друг другу и схватились врукопашную. Геркулес не взял с собой никакого оружия, кроме большой палицы, да и та была не такой большой, какую подобало бы иметь столь сильному человеку. А сделал он это для того, чтобы быть ловчее великана. Начали они бороться. Геркулес схватил великана и прижал его к земле, А тот вскочил как ни в чем не бывало и, когда Геркулес уже помышлял о победе, сделался еще сильнее и бодрее прежнего. Очень подивился этому Геркулес. Не знал он, что такое бывает, но разгадал в конце концов, в чем здесь дело. Тогда он схватил великана и с силой поднял его высоко над землей обеими руками, и так держал его, оторвав от земли, пока тот не начал испытывать смертные муки и не испустил дух в его руках. И никакая сила не помогла великану высвободиться и опуститься на землю. Это сражение и выказанное в нем бесстрашие стяжали Геркулесу, как вам известно, великую славу и немалые почести, ибо вам понятно, что одолеть такого великана и так хитроумно убить его – величайшая доблесть. Да будет вам известно, что совершил он и множество других славных деяний и не страшился никого на свете: ни змея, ни какого-либо другого свирепого зверя. А еще вы должны знать, что друг его, Тезей, был столь же бесстрашен и умертвил герцога, который разрушил Фивы,[332] как повествуется о том в другой истории, а еще он же убил великана по имени Кат. От Ипполиты, похищенной Тезеем у амазонок, у него был сын по имени Ипполит; а еще родил он и другого сына по имени Ампилоцид от женщины, которую взял себе в жены и которая звалась Федрой.
328
Первый эпизод новеллы имеет аналогию в «примере» XX «Графа Луканора», в финале которого появляется и традиционный для средневековой литературы мотив «книги глупостей» (см.: Хуан Мануэль. Граф Луканор, с. 59). Анекдот об обманутом обманщике встречается у Петра Альфонси (Disciplina clerical is, XVI), в «Римских деяниях» (Gesla Romanorum, 118) и в «Моральном зерцале», продолжении «Зерцал» Винцента из Бове, созданном ок. 1310 г. (Speculum morale, I, I, 27). На близком мотиве строятся новеллы Боккаччо (Декамерон, VIII, 10) и Саккетти (Триста новелл, CXCVIII).
330
Данная группа новелл содержится в рукописи второй четверти XIV в., хранящейся в Национальной библиотеке Флоренции (вторая часть Панчатикиано – Палатино 32). Рукопись состоит из новелл основного корпуса «Новеллино», начиная с LXXII, и еще двадцати новелл, в этот корпус не вошедших или вошедших в другой редакции. На русский язык переводилась новелла XVII (в кн.: Новеллы итальянского Возрождения, избранные и переведенные П. Муратовым. Указ. соч.). Перевод выполнен по изданию: Novellino e conti del Duecento. Нумерация в скобках по изданию Бьяджи:
332
О походе Тесея против Креонта, царя Фив, автор новеллы мог узнать из французского «Романа о Фивах» (сер. XII в.).