Именно с этой проблемой мы и столкнулись. В 2000 году предложили новую схему учительских зарплат — пусть самые артистичные учителя и получают больше. Однако главы учебных заведений не были готовы делить учителей на артистичных и неартистичных; в их понимании повысить зарплаты следовало всем без исключения. Медики тоже сопротивлялись реформам — дескать, их дело — назначать лечение, а не в политические распри лезть. Вывод: собрался реформировать государственный сектор — будь готов иметь дело со сложившимися, давно закрепленными правами адресата реформы; не ссорься с адресатом — бесконечные лобовые атаки никому не на пользу. Мы сильно осложнили себе жизнь, взвалив на сотрудников новые бюрократические требования, обременив их обязанностью заполнять бесконечные бланки; но не меньшие трудности представляет справедливое распределение государственных денежных средств по реформированным секторам без определенной формы отчетности и определенного метода оценки результатов. Будущим реформаторам большого размаха, чьи замыслы априори вызывают недовольство адресатов реформ, хочу посоветовать макиавеллиевский подход, а именно: проводить популярные реформы и одновременно гнуть свое в плане радикальных и непопулярных мер.
Такие перемены по плечу только сильному лидеру. Макиавелли отмечает: «Чтобы основательнее разобраться в этом деле, надо начать с того, самодостаточны ли такие преобразователи или они зависят от поддержки со стороны; иначе говоря, должны ли они для успеха своего начинания упрашивать или могут применить силу. В первом случае они обречены, во втором, то есть если они могут применить силу, им редко грозит неудача»[157]. Макиавелли сомневается в величии известных реформаторов по сравнению с такими сильными лидерами, как Моисей, Кир, Тезей и Ромул, которым удалось задуманное, даже несмотря на вялую поддержку народа или отсутствие таковой. Тэтчер и Блэр были достаточно сильны, чтобы провести радикальные реформы. Мэйджор и Браун — слишком слабы.
По мнению Макиавелли, «... ничто так не прославляет государя, как введение новых законов и установлений. Когда они прочно утверждены и отмечены величием, государю воздадут за них почестями и славой»[158]. Тони Блэр особого почитания за свои реформы не снискал, ибо польза их будет видна только со временем, а в ближайшие годы никак не проявится. Требуется изрядный срок, чтобы «заработали» новшества в сфере здравоохранения и образования. Например, установка «Прежде всего — учить» привела большое количество одаренных выпускников вузов в государственные школы; но до той поры, когда эти молодые преподаватели станут директорами школ или главами департаментов, должно минуть еще несколько десятилетий. Вот когда минут — мы наконец почувствуем в полной мере все преимущества реформы, увеличившей количество учителей в стране. Столь же кумулятивен эффект массированного вложения средств в здравоохранение. Теперь наши расходы в этой сфере сопоставимы с расходами европейских стран. Наш принцип подъема зарплат врачам означает, что в будущем квалификация их возрастет на порядок; опять же до этого будущего надо еще дожить. А ведь как легко вылетает из памяти скверное качество социальных услуг, что мы имели в восьмидесятые и девяностые годы. У нас больше не бывает зимних кризисов здравоохранения, которые стабильно случались с 1979 по 1997 год; листы ожидания за какие-то три года укоротились с восемнадцати месяцев до восемнадцати недель; профессия школьного учителя в списке самых популярных для начала карьеры передвинулась со второго места с конца на второе место с начала. В долгосрочной перспективе усиленные вложения в социальную сферу и внедрение соревновательного момента в сочетании со смешанной экономикой обеспечат потребителям выбор. Пользуясь этим выбором, люди сами, без участия правительства, внесут улучшения в здравоохранение и образование, что сделает британское общество более справедливым. Помню, в 2006 году Гордон на заседании Кабинета вещал: дескать, к людям надо относиться как к гражданам, а не как к потребителям. Звучало хорошо; за столом согласно кивали. По большому счету Гордон был прав, однако, если речь идет об изменениях в здравоохранении и образовании, куда эффективнее поставить человека именно в положение потребителя, который, если недоволен обслуживанием, просто разворачивается и уходит туда, где лучше.
157
«Государь», гл. VI, «О новых государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью».