Жесткие дисциплинарные меры в Палате общин, как правило, приводят к обратному результату. Угрозы физической расправы и шантаж (милые сердцу главного «кнута» правительства, героя романа Майкла Доббса[137]) в большинстве случаев вызывают «встречный пожар», даром что в известных пределах применяются по сей день. Неплохо действует угроза сместить «кнута»; впрочем, на деле это почти никогда не происходит. Нас неоднократно подстрекали забрать нашего «кнута» от непокорных членов Парламента, однако мы не хотели повторять ошибку Джона Мэйджора, ту самую, из-за которой его противники-евроскептики превратились в мучеников. В 2004 году мы решили исключить Клэр Шорт за разглашение разведданных, к которым она как министр имела доступ — да вовремя спохватились: наши действия дали бы ей вожделенную публичность. Нашим попыткам призвать Шорт к порядку отнюдь не способствовало обещание Гордона сделать Шорт министром образования, едва он сам станет премьером.
Однако истинная проверка для лидера — это мятеж. В лейбористской партии имеется около двух десятков вечных мятежников — представителей группы социалистической кампании и их эксцентричных сторонников. К счастью, нас — подавляющее большинство, и нам не приходится слишком волноваться, но с течением времени, по мере проведения сложных законопроектов и прочего, столкновение с мятежниками в Палате общин становится неизбежным. В 2003 году, когда мы учреждали фондовые больницы, число несогласных выросло до восьмидесяти человек; ситуация стала угрожающей. Алан Милбурн заявил о намерении уйти в отставку с поста министра здравоохранения, если законопроект не будет принят; правда, мы все-таки победили. Зато налог на наставничество и закон о задержании на срок до 90 дней[138] были встречены буквально в штыки. В своем кабинете в Палате общин Тони проводил длительные личные беседы по отдельности с каждым из тех несогласных, кого рассчитывал склонить на свою сторону. Что ни говорите, а лестное внимание к своей персоне, убедительные аргументы или простой призыв поддержать родную партию иногда действуют. В каждом из трех случаев маячила теневая «кнутовая организация», возглавляемая Ником Брауном и Джорджем Мали, под патронажем Гордона Брауна. Эти трое весьма успешно «строили» непокорных членов парламентской лейбористской партии и были непробиваемы для личного внимания Тони. Гордон, когда хотел, мог привести их в чувство, но порой настолько отпускал поводья, что они мало праздновали даже изменение его собственного мнения, если таковое изменение случалось не в срок.
Время от времени даже очень сильному лидеру приходится уступать своей парламентской партии. Например, лейбористы долго поддерживали запрет на охоту, ибо последняя представляется им этаким символом классового неравенства. Тони не имел ни малейшего желания проводить столь далекий от либерализма законопроект, но единственное, что смог сделать, — это отложить его, а не отбраковать, как хотелось бы. К счастью, в первые годы нашего правления не прошел ни один проект членов Парламента, касающийся запрета на охоту; правда, уже к сентябрю 1999 года стало ясно — бездействовать нельзя. В июле Тони предложил провести референдумы в графствах — идея не нашла поддержки ни у одной из сторон. В том же июле 1999 года на Парламентской площади имел место многолюдный митинг. Выступали, причем весьма агрессивно, против запрета на лисью охоту. Я как раз возвращался с заседания в Палате общин, решил срезать путь. Едва оказавшись в гуще валлийских фермеров, возбужденных спиртными напитками, я был замечен корреспондентом Четвертого канала Элинор Гудмен, которая со своей командой снимала митинг. Элинор Гудмен — заядлая охотница и противница запрета; она закричала мне в лицо нечто вроде: «Сколько дадите, чтобы я не сообщала толпе, кто вы такой есть?» Фермеры стали проявлять нездоровый интерес к моей персоне, я ускорил шаг, выбрался на просвет и скрылся в Номере 10.
137
Имеется в виду роман «Карточный домик» и его главный герой Фрэнсис Уркхарт. Майкл Доббс — британский политик-консерватор и писатель, работал с Маргарет Тэтчер.
138
Имеется в виду закон, продлевающий срок задержания подозреваемых в терроризме без предъявления обвинения.