Смириться? «Американцам неизбежно придется примириться, — приходит к заключению экономист Л. Туроу, — с потерей своего положения господствующей в мире экономической, политической и военной державы. Рациональный подход требует, чтобы американцы играли активную, но меньшую роль на мировой сцене»[665]. Ему вторит известный политолог Р. Хаас: «Способность Соединенных Штатов быть постоянно впереди со временем, конечно же, ослабнет. Существуют частичные исключения, но общая долгосрочная тенденция подвергнет Соединенные Штаты эрозии»[666].
Самодовольство, столкнувшееся с суровой реальностью в Персидском заливе, Сомали, Боснии, Косове, Афганистане, породило критику триумфализма, требующую выработки декларируемой стратегии, постановки конкретных задач, критику республиканцев Дж. Буша-мл. за невнятность курса, за «стратегию лозунгов».
Официальный Вашингтон. Все эти перемены отразились на позиции Белого дома, ощутившего на себе силу этнического давления внутри страны и упорство неподатливого мира извне. На внутренней арене переход к «многорасовости» стал для президента Клинтона своего рода «переходом Рубикона». Он оказался первым американским президентом, который поставил «разнообразие выше единства той страны, которой он управляет. Поддержка реализации собственной этнической и расовой идентичности означает, что недавние эмигранты более не являются объектом того давления, которое испытали на себе прежние эмигранты, стремившиеся интегрироваться в американскую культуру. В результате этническая идентичность стала более важной и увеличивает свою значимость в сравнении с национальной идентичностью… Не имея общей культуры, основа национального единства становится хрупкой»[667].
Едва ли проводимая в таком ключе политика способна укрепить «монолит США». Под новый мировой порядок гегемонии США подкладывается заряд огромной разрушительной силы. Увеличиваются основания для сомнений в том, что американский народ пойдет на большие материальные жертвы, на жертвы жизнями своих сограждан ради достижения целей, преследование которых — дело рук лишь одного из этнических меньшинств.
Пришедший к власти в 2001 году Дж. Буш-мл. устрашился демонстративного мультикультурализма и постарался снова заставить работать старый «плавильный тигель» национальностей в США. Но джинн уже выпущен из бутылки.
Конгресс на тропе изоляционизма. В апреле 1999 года палата представителей конгресса США отвергла предложение послать наземные войска США в Косово. Ситуация частично повторилась с наземными операциями в Афганистане, где американцы предоставляли действовать «Северному альянсу». Но в Ираке американский «волк» бросился вперед, не ожидая ооновского, мирового одобрения. И получил годы кровавой бойни, раскол страны, бессмысленные потери.
Напомним, что, помимо этого, американские законодатели отвергли предложение ратифицировать Договор о всеобщем запрещении испытаний ядерного оружия. Председатель подкомитета по боевой готовности комитета по вооруженным силам палаты представителей США Г. Бейтмен признал, что «очень хорошо осведомлен о бытующей в рамках республиканской партии точке зрения относительно того, что Америке не стоит стараться быть мировым полисменом, что она слишком часто берет на себя миссии, не представляющие собой жизненной важности с точки зрения национальной безопасности США… Значительную часть республиканцев в конгрессе можно определить как группу, объединенную лозунгом «Прочь из Организации Объединенных Наций»[668]. В военном бюджете уже на 2000 финансовый год сенатор К. Хатчисон внес поправку, призывающую сократить глобальные обязательства США и вывести американцев из тех мест, где их обязательства уже выполнены, — прежде всего из Южной Кореи и Саудовской Аравии. И только ожесточение войны в Ираке заставило американских конгрессменов увеличить военный бюджет страны до колоссальных 476 млрд. дол.
666
666 Haass R! The Reluctant Sheriff. The United States After the Cold War. N.Y., 1997, p. 2.
667
667 Huntington S. The Erosion ofAmerican National Interests («Foreign Affairs», September/October 1997, p. 34).
668
668 Цит. по: Kitfield J. The Falk Who Live on the Hill («National Interest», Winter 1999/2000, p. 50–51).