Вдумаемся, арабы, которых сегодня 240 млн., в 2050 г. достигнут полумиллиарда. Будут ли они спокойно сидеть на двух третях мировой нефти? Соединение ислама и нефтяного богатства уже дало заметные результаты. И будет давать, ведь не видно дна главной энергетической кладовой мира. Иным будет мировидение таких стран, как Узбекистан, которые к 2050 г. удвоят свое население. В Китае ислам примет под свое крыло многие десятки миллионов новых верующих в Синьцзян-Уйгурском автономном районе..
Обе великие религии пытаются войти в зону действия друг друга. И здесь действует значительное отличие. Христианские миссионеры говорят о 10–40 уязвимых местах, где христианское наступление считается возможным, хотя и с большими трудностями. Христиане — разумеется, эти случаи крайне редки — могут перейти в ислам, но обратное движение крайне трудно. Популярная поговорка гласит: «Ислам — это движение в одном направлении. Ты можешь войти в ислам, но ты не можешь из него выйти». Для мусульманина покинуть свою веру почти невозможно.
Фундаментальным по важности является вопрос, могут ли ислам и христианство мирно сосуществовать. И хотя историк может показать столетия относительно мирного сосуществования ислама и христианства, в западной мысли начинает преобладать точка зрения, что «долговременный прогноз относительно сосуществования религий «нехорош… Две сестры слишком похожи друг на друга, чтобы жить вместе… За последние двадцать лет мусульманский мир пережил массовое религиозное возрождение»[367]. Фанатизм вспыхивает каждые полстолетия. На фоне процессов глобализации, действующих явно не в пользу мусульманских стран, мир ислама явственно ожесточился. Согласно выводам американской разведки, к 2015 г. «в значительной части Ближнего Востока население значительно вырастет, оно при этом станет беднее, будет живущим уже преимущественно в городах и все более теряющим иллюзии»[368]. Согласно американским прогнозам ситуация усугубится к 2050 г. еще более. Мусульмане настаивают на том, что их вера требует создания мусульманского государства — вне зависимости от существования иных религиозных верований, меньшинств, религий, сект. Вывод: неважно, по каким причинам, но мусульманская враждебность к христианам в грядущем возрастет[369].
Ничто не предвещает исчезновения или ослабления основных факторов, породивших международный терроризм, в течение следующих 15 лет. По оценке экспертов, большинство международных террористических групп будут и дальше солидаризироваться с радикальным исламом. Возрождение мусульманского самосознания создаст основу для распространения радикальной исламской идеологии, как на Ближнем Востоке, так и за его пределами, включая Западную Европу, ЮгоВосточную и Среднюю Азию.
Это возрождение сопровождается ростом солидарности между мусульманами, втянутыми в национальные или регионально-сепаратистские конфликты, которые продолжаются в таких местах, как Палестина, Чечня, Ирак, Кашмир, Минданао или южный Таиланд. Эти конфликты возникли как реакция на репрессии со стороны государства, коррупцию и неэффективность власти.
Захват власти радикалами в одной из мусульманских стран на Ближнем Востоке может подхлестнуть распространение терроризма в регионе и убедить людей в том, что новый Халифат — это не пустая мечта.
Неформальные сети благотворительных фондов и другие механизмы будут и дальше распространяться и использоваться радикальными элементами. Безработная, социально неинтегрированная молодежь будет по-прежнему оставаться резервом для вербовщиков в террористические организации. «Наибольшее беспокойство у нас вызывает тот факт, что террористические группы могут приобрести биологически активные вещества или, что менее вероятно, ядерное устройство. И то и другое может привести к массовой гибели мирного населения»[370].
Существуют явные указания на то, что желание исламских радикалов спровоцировать транснациональный мятеж, иными словами — стремление мусульманских экстремистов свергнуть якобы отступнические светские правительства в странах с преобладанием мусульманского населения, будет находить отклик в сердцах многих мусульман. Сопротивление глобализации и политике США может сплотить и расширить ряды тех, кто сочувствует террористам, сотрудничает с ними и финансирует террористические структуры.
Количество постоянных членов «Аль-Каиды», возможно, будет и дальше уменьшаться, но другие группировки, вдохновленные «Аль-Каидой», а также отдельные личности, которых обычно называют джихадистами (объединенные общей ненавистью к умеренным режимам и Западу), скорее всего, будут продолжать террористические атаки. Место членов «Аль-Каиды», прошедших подготовку в лагерях Афганистана, постепенно займут выжившие участники иракского конфликта. Все они будут сопротивляться распространению многих проявлений глобализации в традиционно мусульманских странах. «К 2020 году на смену «Аль-Каиде» придут не менее фанатичные, но более рассеянные группы исламских экстремистов»[371].
367
367 Jenkins. Ph. The Next Christendom. The Coming of Global Christianity. Oxford: University Press, 2002, pp. 2, 169.
369
369 Jenkins. Ph. The Next Christendom. The Coming of Global Christianity. Oxford: University Press, 2002, p. 171.