Пустые здания, ожидающие момента, когда все, кому надо, получат свои отступные, и бетонный шар отправит их в небытие. Кривые улицы, упирающиеся в грязные дворы и заваленные мусором тупики. У него целый час ушел только на то, чтобы найти Уиппл-стрит, и теперь он почти жалел, что он ее таки нашел. Это была та часть города, где полиция иной раз находит детские тела, запиханные в ржавые мусорные баки или в выброшенные холодильники.
Туз подошел к гаражу и поискал глазами кнопку звонка. Ее не было. Приложив ухо к ржавому металлу, он прислушался. Тут может быть не совсем официальный магазин; парень, имеющий доступ к высококачественному кокаину — такому, каким угостил его Гонт, — вполне может якшаться с людьми, которые торгуют «порше» и «ламборгини» с черного хода.
Ни звука.
Видимо, это все-таки не то место. Даже близко не то, подумал Туз, но ведь он проехал всю эту улицу из конца в конец и не видел другого здания, достаточно большого — и достаточно крепкого, — чтобы держать в нем ретромашину. Если только он не промазал кардинально и не угодил в совершенно другую часть города. Он занервничал. Вам надо вернуться к полуночи, сказал мистер Гонт. Если к полуночи вас тут не будет, я очень расстроюсь. А когда я расстроен, я иногда выхожу из себя.
Расслабься, велел себе Туз. Он просто старый дурак с плохими зубными протезами. Может быть, даже педик.
Но расслабиться он не мог, тем более что он не верил, что мистер Лиланд Гонт — просто старый дурак с плохими вставными зубами. И еще: он совсем не хотел убедиться в обратном.
На теперешний момент важно было одно: приближались сумерки, и Тузу вовсе не улыбалось задерживаться в этом злачном районе после наступления темноты. Здесь было что-то не так. И не только из-за пугающих зданий с пустыми, слепыми окнами и обгорелых машин с развороченными внутренностями. Подъезжая к Уиппл-стрит, он не заметил ни одного человека, идущего по тротуару, сидящего у подъезда или выглядывающего из окна… но в то же время его не покидало ощущение, что за ним наблюдают. Ощущение, кстати, до сих пор не прошло: мурашки так и ползали по спине.
Казалось, что он уже не в Бостоне. Это место больше походило на гребаную «Сумеречную зону».
Если к полуночи вас тут не будет, я очень расстроюсь.
Туз сжал кулак и забарабанил в ржавую, плоскую рожу гаражной двери.
— Эй! Не хотите взглянуть на новые образцы кухонной посуды?
Тишина.
На двери была ручка. Он подергал ее. Хоть бы хны. Дверь даже не сдвинулась, не говоря уже о том, чтобы повернуться на ржавых петлях.
Туз выдохнул воздух сквозь сжатые зубы и нервно осмотрелся. Его «челленджер» стоял неподалеку, и сейчас больше всего на свете ему хотелось сесть в машину и убраться отсюда как можно скорее. Но он не посмел.
Он обошел здание по кругу, но ничего интересного не обнаружил. Вообще ничего. Просто кладка из шлакоблоков, выкрашенная в неприятный сопливо-зеленый цвет. На задней стене гаража было намалевано какое-то странное граффити, и пару секунд Туз смотрел на него, не понимая, почему у него волосы встали дыбом.
ЙОГ-СОТОТ КРУТ
кричали поблекшие красные буквы.[28]
Он вернулся обратно к двери и задумался. И чего теперь?
Поскольку ничего конструктивного ему в голову не пришло, Туз просто залез в свой «челленджер» и сидел там, уставившись в дверь гаража. Потом, не выдержав, он обеими руками нажал на сигнал.
В ту же секунду дверь гаража бесшумно поднялась вверх. Туз уставился на нее, раскрыв рот, и первым его побуждением было завести мотор «челленджера» и умчаться отсюда как можно дальше. Для начала подойдет Нью-Мексико. Но потом он вспомнил про мистера Гонта и медленно выбрался из машины. Когда он подошел к гаражу, дверь как раз поднялась до конца.
Внутри помещение было ярко освещено дюжиной двухсотваттных лампочек, свисавших с потолка на толстых проводах. Над каждой лампочкой был закреплен жестяной абажур конической формы, поэтому на полу образовалось двенадцать ярких кругов света. В дальнем конце гаража на цементном полу стояла машина, накрытая чехлом. У стены стоял стол, заваленный инструментами. У другой стены были составлены три ящика. Сверху на них стоял старомодный катушечный магнитофон.