Такие указания вами давались?
Заукель: Я до сих пор не нашел еще этого места. Мне неправильно его показали
Обвинитель: Сейчас вам покажут еще раз. Такие указания вами давались?
Заукель: В оккупированных областях я не мог сам лично ведать всеми служебными вопросами, этим занимались областные управления. Однако под словом «насильственный» я имел в виду не действия под угрозой наказания в таких масштабах, как это, к величайшему огорчению, утверждается в одном из документов, а применение правил, действующих в Германии. Это очень существенная разница.
Обвинитель: То, что я сейчас вам прочитал, написано в вашей телеграмме или нет?
Заукель: Это написано в моей телеграмме. Но я определенно сказал, что мне это было поручено фюрером.
Обвинитель: Теперь далее. В письме от 3 октября 1942 г. гаулейтеру Мейеру вы писали:
«Я учитываю трудности, которые встретятся при выполнении этого нового задания. Но я также убежден, что при применении всех средств и при полной преданности исполнителей — я подчеркиваю слова «всех средств» — выполнение этого нового поручения может быть осуществлено в соответствии со сроками».
Это вы писали?
Заукель: Да, я это писал.
Обвинитель: 31 марта 1942 г. вы отправили письмо имперским комиссарам. Сейчас вам передадут документ СССР-127, в котором вы писали:
«Вербовка, за которую вы отвечаете, должна форсироваться всеми доступными мерами, включая суровое применение принципа принудительного труда, с тем, чтобы в кратчайший срок можно было бы утроить количество завербованных».
Такие указания вы давали?
Заукель: Я давал такие указания. Говоря о суровом применении принципа принудительности труда, я не имел в виду дурных или преступных методов, а считал, что к системе принудительного труда нужно прибегать лишь с целью выполнения количественного задания, когда дело касалось количества людей.
Обвинитель: Теперь я приведу несколько выдержек из документов других лиц.
Сейчас вам передадут стенограмму выступления подсудимого Розенберга. (Заукелю вручают документ)
Я ограничусь очень краткой выдержкой из этой стенограммы. Читайте за мной:
«Я знаю, что если прибудет полтора миллиона человек, то им нельзя создать блестящих условий. То, что тысячи находящихся здесь людей живут в плохих условиях или подвергаются плохому обращению, является вполне естественным. Из-за этого не стоит слишком волноваться. Однако это очень серьезный вопрос. Я думаю, что гаулейтер Заукель уже обсудил его или собирается это сделать. Ведь эти люди с Востока привезены в Германию, чтобы работать и давать возможно более высокую производительность труда. Это очень серьезное дело. Чтобы добиться такой высокой производительности труда, их нельзя привозить на три четверти замерзшими и заставлять стоять в пути по десять часов. Им нужно давать есть, чтобы они имели достаточный запас сил».
Правильно ли подсудимый Розенберг освещает положение, в котором находилась рабочая сила, вывозившаяся вами из оккупированных территорий, или вы считаете, что он освещает это неправильно?
Заукель: Я не могу сказать и никак не могу определить, когда Розенберг произнес эту речь. Я лично ее не слышал и не получал протокола. Но я могу категорически заявить, что как только я принял свою должность, я принял эффективные меры к тому, чтобы во что бы то ни стало избежать такого положения, о котором здесь говорил Розенберг и которое существовало до того, как я принял свою должность.
Обвинитель: Г-н председатель, я ограничусь этой одной выдержкой из выступления подсудимого Розенберга и не буду использовать многочисленные документы, уже представленные суду и с неоспоримостью устанавливающие применение, с ведома подсудимого Заукеля, преступных методов мобилизации рабочей силы на оккупированных территориях и использование ее в качестве рабов в Германии.
[Из стенограммы заседания Международного Военного Трибунала от 11 января 1946 г.]
Господа судьи, документы, касающиеся ответственности подсудимого Функа, собраны в книге документов «НН», которая была передана Трибуналу, а также вручена защите. То же самое относится к досье по делу. Документы подобраны в книге в порядке их представления. Больше того, для того чтобы облегчить ссылки, страницы книги документов пронумерованы последовательно красным карандашом. Я хочу поблагодарить господина Сиднея Джакоби за его бесценное сотрудничество в подборе и анализе этих документов.
120
Доказательства представляет представитель обвинения США Б.Д. Мельтцер, выступление приводится по восьмитомному изданию Нюрнбергский процесс, из-во Юридическая литература, 1995 г., т.6. — Изд. эл. версии.