«Совершенно очевидно, что при таком смешении народов всегда найдутся расовополноценные типы. Поэтому я считаю нашим долгом забирать к себе их детей, удалять их из окружения и, если будет необходимо, даже выкрадывать или отнимать их силой. Или мы заберем себе всех тех, кто, обладая полноценной кровью, может быть использован, и дадим им место в нашем народе, или... мы уничтожим их».
В России Кейтель, который, эксплуатируя Польшу, научился применять установку — «умная политика и жестокость», наметил вехи своими приказами от 13 мая и 23 июля 1941 г. Я цитирую последний приказ, проект которого был составлен, по его собственному признанию, Иодлем.
«Имея в виду большие размеры оккупированных восточных территорий, военные силы, которыми мы располагаем для охраны безопасности на этих территориях, являются достаточными лишь в том случае, если всякое сопротивление будет подавляться не преследованием виновных судебным порядком, а проведением вооруженными силами такого террора, который будет достаточным фактором для искоренения всякого намерения к сопротивлению среди населения. Командующие должны изыскать способы для поддержания порядка не путем истребования дополнительных сил для охраны безопасности, а путем применения соответствующих драконовских мер».
Несомненно, что лишь непосредственные нужды военной машины спасли западные территории от такой же судьбы, однако Трибуналу представлены исчерпывающие доказательства относительно грабежей во Франции, Нидерландах и на других территориях, которые эти люди эксплуатировали в самой большой степени. Если принять во внимание, какова была их политика убийств, нет ничего удивительного в том, что люди, которым они поручили проводить эту политику, были скотами. Так, в сфере деятельности Розенберга подвизался Кох, которого Розенберг рекомендовал на пост комиссара Москвы именно потому, что он отличался «абсолютной безжалостностью».
Именно Кох учинил кровавую расправу над несколькими сотнями невинных людей в Цуманском лесу для того, чтобы устроить для себя охотничий заповедник.
Другим представителем Розенберга был Кубе, который писал:
«Мы ликвидировали за последние десять недель приблизительно 55 тысяч евреев в Белоруссии. На территории Минской области евреи были уничтожены без ущерба для поставок рабочей силы; в городе Рига было уничтожено 16 тысяч евреев и так далее».
«Безжалостная эксплуатация... сокращение всей польской экономики до абсолютного минимума, необходимого для поддержания жизни... поляки станут рабами Великой германской мировой империи» (ЕС-344). А мы знаем, как он использовал эти приказы. В январе 1940 года он докладывал: «Дешевая рабочая сила должна вывозиться из генерал-губернаторства сотнями тысяч. Это будет препятствовать биологическому росту местного населения...» (ПС-2233)[172].
В мае он говорит о том, что нужно «...воспользоваться интересом, проявляемым в мире к Западному фронту, и ликвидировать тысячи поляков, в первую очередь ведущих представителей польской интеллигенции». И в декабре: «Поляки должны чувствовать, что у них только одна обязанность: работать и вести себя тихо. Мы должны безжалостно осуществлять все мероприятия; положитесь на меня...».
Стараясь понять проблемы, стоящие перед Восточной Европой, мы должны понять, что невозможно описать в подробностях это мученичество Польши. Треть населения была убита, миллионы ввергнуты в нищету, искалечены, разбиты болезнями, стали беспомощными.
Освободители пришли как раз во-время для того, чтобы спасти древний народ от полного выполнения той ужасной программы, которую замыслили эти люди.
Существовала одна группа населения, в отношении которой политика уничтожения применялась в таких громадных масштабах, что я считаю своим долгом специально на этом остановиться. Я имею в виду уничтожение евреев. Если бы это было единственным преступлением, совершенным этими людьми, единственным, в котором замешаны они все, его одного было бы достаточно, чтобы осудить их.
172
Этот и следующий абзац приведены по восьмитомнику Нюрнбергский процесс, т.8, 1999 г. — Изд. эл. версии.