Впечатление, что философ застыл в круге раз навсегда данных убеждений, разумеется, ошибочно. Развитие было и определялось, как у всех, опытом. Завершив свой образовательный куррикулум, в начале 20-х годов н. э. Сенека начал карьеру судебного оратора. Но вмешался недуг: едва приступив к ведению дел в суде, он «сперва лишился охоты к этому, а затем и сил»54. Заболевание оказалось серьезным. Он вспоминает, что страшно отощал и «чуть не выхаркал самого себя». Мучаясь от приступов, ученик стоиков думал наложить на себя руки, но — «удержала мысль о старости отца, очень меня любившего»55. Болезнью легких, сопровождавшейся кровохарканьем, страдал и старший брат56. Диагноз «туберкулез» напрашивается и подтвержден прямым свидетельством Диона Кассия57; неупотребление в пищу мяса могло ускорить развитие болезни. Создатель «Нравственных писем» лукавит, рассказывая своему Луцилию, что излечиться ему помогли исключительно занятия философией и дружеские беседы. Впрочем, он намекает и на оказанное друзьями содействие. От туберкулеза уже в те века ездили лечиться в Египет. Сенеке повезло: любящая тетя, как упоминалось, уже несколько лет жила там в качестве первой дамы провинции. В раннем «Утешении к Гельвии» встретим признание: «Благодаря ее терпеливой любви и родительскому попечению я смог выздороветь от долгой болезни». Живя в Египте, Сенека располагает временем для изучения местных обычаев, результатом чего становится сочинение «О географии и святынях Египта» — возможно, первое из написанных Сенекой58. Как и его судебные речи (если таковые имелись), трактат не сохранился, но части его вошли в «Естественные вопросы», изобилующие египетским материалом. Что привнесли в мировоззрение философа египетские впечатления, можно только гадать. Праздны разговоры об «ожидании бога», якобы воспринятом Сенекой от пифагорейцев и усилившемся в Александрии под влиянием общения с иудейскими мыслителями59. Определенно лишь, что пребывание в Египте расширило научный и политический кругозор писателя. Возможно, он пробыл в Египте до своих 25 лет, возраста, в который со времени Августа можно было добиваться первой государственной должности — квестуры. Похоже, именно тетка побудила оправившегося от болезни Сенеку начать карьеру в политике. В своем александрийском доме она жила уединенно и заслужила репутацию скромницы, однако, решив продвинуть племянника, не постеснялась обивать пороги влиятельных людей60. Для этого требовалось приехать в Рим. Отставка Галерия в 31 году сопровождалась трагедией. На пути из Египта его корабль потерпел крушение, причем префект погиб, а жена его спаслась и во время бури помогла втащить тело мужа в лодку, доставившую их на берег61. Супруга начальника Египта имела вес в обществе. Но вдова экс-начальника его утратила: после того как в том же году пал Сеян, ее просьбы могли и навредить62. Итак, она ездила в Рим специально для того, чтобы помочь племяннику, и Сенека стал квестором — одним из двадцати — в 26 или 27 году. Какие именно обязанности он исполнял — не сообщается: мог помогать консулам, мог заведовать государственной кассой или государственным архивом. Возможно, дела требовали разъездов: какое-то время он провел в Помпеях63. Он стал присутствовать на заседаниях сената, слышал на одном из них выступление Папирия Фабиана в качестве свидетеля по какому-то делу64. За квестурой должно было последовать официальное включение в ряды сенаторов. Его творчество в десятилетний период службы при Тиберии (27-37 годы) вряд ли исчерпывалось сочинением речей для сенатских слушаний. К этому периоду, вполне вероятно, относятся естественно-научные работы, упоминаемые позднее как самим Сенекой, так и Плинием: «О землетрясениях», «О форме мира», «О природе рыб» и «О природе камней». Тогда же могли быть написаны книги «Об обязанностях» и «О браке», о которых знаем от грамматика Диомеда и св. Иеронима. Опасно, повторим, использовать морализирующие рассуждения как биографический источник. Вместе с тем ни о службе, ни о браке нелепо писать, не имея в том и другом хоть какого-то опыта. Действительно, в это же время Сенека женился65. Судя по пересказу трактата «О браке» у Иеронима, он вынес из своего первого матримониального опыта не самые приятные впечатления66. К порогу сорокалетия он становится известнейшим оратором Рима. В правление Калигулы, чей нелестный отзыв о его стиле приводился выше, созданы первые сохраненные традицией целиком вещи — «Утешение к Марции» и третья книга трактата «О гневе», к которой позднее прибавились еще две: тема явно его занимала. В 39 году зависть императора, не терпевшего соперников в красноречии, будто бы чуть не погубила «человека, превосходившего мудростью всех современных ему римлян, а также и многих других» — так у Диона Кассия; примечательно, что здесь о Сенеке говорится в совершенно ином тоне, чем позднее, при описании времен Нерона. Выслушав блестящее выступление Сенеки в сенате, Гай приказал его казнить, «но впоследствии, — сообщает историк, — отпустил, поскольку поверил утверждению одной из своих сожительниц, будто Сенека болен запущенной чахоткой и через недолгое время умрет».
56
59
Грималь построил на зыбких предположениях теорию о религиозном содержании стоицизма Сенеки, возникшем будто бы под влиянием египтян и иудеев. Будь это так, мы услышали бы отголоски подобной теологии в гл. 8 «Утешения к Гельвии», где говорится о боге. Между тем — ничего, кроме стоических формулировок («творец», «разум», «дух», «судьба»), от себя разве только слегка прикрытых агностицизмом, здесь не наблюдается.
61
Там же. Она опасалась, что муж лишится похорон. Предполагают, что племянник был с ними в роковом путешествии. Но в тексте этого нет, а наглядность изображения у большого писателя не обязательно означает личное присутствие. Интереснее в этой связи заметить другое. Многие знатные римляне и римлянки тех времен тренировались в плавании. Между прочим, и мать Нерона избежала смерти при первом покушении, потому что была искусной пловчихой и ныряльщицей, также как и ее сестра Юлия Ливилла: в изгнании на Понтийских островах, лишенные имущества Калигулой, они вместе зарабатывали добычей морских губок. Надо думать, тетка Сенеки прекрасно плавала, сам же он был тренированным пловцом, не боявшимся добраться до скалистого берега вплавь во время шторма — как это описано в 53-м письме.
62
Предлагаемые Грималем даты начала политической карьеры Сенеки (после 33 г.) нельзя поэтому принять.
65
Имя жены неизвестно. Сын от этого брака умер ребенком (Утешение к Гельвии 2). Что стало с женой, не выяснено. В 50-м письме упомянута старая карлица, «шутиха жены», живущая в доме «наследственной обузой». Думают, что та жена умерла до его корсиканской ссылки, хотя ведь карлица могла остаться еще от матери и смешить нынешнюю жену. В 3-й книге «О гневе» одна деталь подсказывает, что брак не был счастливым: чтобы приступить к своему вечернему философскому самоотчету, приходится ждать, пока жена наконец «умолкнет».
66