Воспоминание бывает тогда, когда память прерывается забвением. Воспоминание есть восстановление ослабевшей памяти[510]. А происходит это ослабление[511] вследствие забвения; забвение же есть утрата памяти[512], но или навсегда, или на время; в последнем случае и бывает воспоминание. Есть еще другой род воспоминания, относящегося не к забвению знаний, приобретенных посредством внешних чувств и мышления, но к прирожденным понятиям (φυσικών εννοιών). Врожденными же мы называем те понятия, которые присущи всем без научения (от природы), как, например, идея бытия Божия[513]. Такое воспоминание Платон называет воспоминанием идей[514]. А что такое идея, об этом мы скажем впоследствии[515].
Итак[516], способность представления передает мыслительной способности восприятия внешних чувств[517]; способность же мышления, или рассудок, приняв и обсудив это, отсылает способности памяти. Органом последней служит задний желудочек головного мозга, который называют еще мозжечком[518], и находящаяся в нем (т. е. в мозгу) «психическая пневма».
А так как[519] мы признали началом и корнями ощущений передние желудочки головного мозга, способности мышления — средний (желудочек), а памяти — задний, то необходимо доказать, что это действительно так, чтобы не казалось, что мы без всякого разумного основания верим сказанному[520]. Наиболее достаточное доказательство этого заимствуется из самой деятельности частей[521] (мозга). Действительно, если каким–либо образом повреждаются передние желудочки головного мозга, то затрудняется деятельность внешних чувств, но способность мышления еще остается неповрежденной; когда же страдает один только средний желудочек — нарушается правильность мышления, а органы чувств сохраняют свои природные ощущение. Если же страдают и передние, и средний желудочки, то расстраивается рассудок вместе с внешними чувствами. А когда страдает мозжечок[522], то исчезает только[523] память, тогда как деятельность внешних чувств и мышления нисколько не повреждается. Если же вместе с передними желудочками страдают от чего–либо[524] и средний, и задний, то одновременно расстраиваются и ощущения, и рассудок, и память, причем, и все живое существо подвергается опасности погибнуть. Это бывает очевидно при многоразличных болезнях и припадках, особенно же при сумасшествии. Действительно, некоторые из страдающих этой болезнью, при расстройстве одной только мыслительной способности, вполне сохраняют внешние чувства. Таким именно Гален[525] изображает одного сумасшедшего, который — во время работы у него некоего шерстоделателя (ткача) — встал[526] и, схватив стеклянные сосуды, стремительно приблизился к окнам и спросил присутствующих, называя каждый сосуд по имени, не желают ли они, чтобы сосуды были брошены вниз; когда же присутствующие изъявили свое согласие, он, прежде всего, бросил поодиночке все сосуды, а затем спросил присутствующих — не желают ли они, чтобы был брошен и ткач; когда же те, приняв это за детскую шутку, сказали на этом основании, что желают, он, схватив ткача, бросил его сверху вниз. Этот сумасшедший был здоров внешними чувствами: ведь он знал (различал), что вот это — сосуды, а то — ткач, но рассудок у него был расстроен[527]. Иные же увлекаются пустым представлением (призраком), думая, что видят то, чего на самом деле не видят[528], тогда как об остальном рассуждают здраво: у них бывают повреждены только передние желудочки (мозга), в то время как средний остается здоровым. Вообще, теми страданиями, каким подвергается каждый член (орган), затрудняются его функции; живое существо становится неспособным к той именно деятельности, исполнять которую от природы предназначен страдающий член, как, например, боль ноги препятствует нам гулять, потому что эту деятельность исполняет нога.
511
Έξίτηλος может означать еще исчезновение; мы переводим здесь (как и в предыдущем предложении) ослабление — применительно к учению новейшей психологии, не признающей абсолютного забвения, хотя, впрочем, Немесий допускает его, как видно из дальнейшего.
512
Ср. Platon в Pbaedon'e, cap. 20, p. 75 Ε: λήθη—επιστήμης αποβολή, а в Pbileb. pag. 33 Ε: εστί γαρ λήθη μνήμης έξοδος. Между прочим, в лат. Ant. здесь вместо αποβολή (потеря) стоит amissio (ослабление).
513
Φυσικοί έννοιαι напоминает стоическое κοιναί έννοιαι, общие понятия, присущие всем, но не врожденные.
514
Учение Платона о знании, как припоминании, с особой ясностью изложено в «Меноне» 81 С—86 С; ср. «Федон» 72 Е—76 С. Ср. Philopon, Op. cit., pag. 288, 5 sqq.
515
Исполнения этого обещания в книге Немесия мы не находим; однако, это еще на дает достаточных оснований думать, что трактат Немесия не сохранился целиком.
516
Здесь Немесий, несколько отступая от предмета речи, рисует цельную картину интеллектуального психического процесса на основании рассмотренных выше отдельных элементов его.
517
Неясное выражение — τά φαινόμενα (внешние явления) передано точнее у Дамаскина: διά τών αίσθήσεων αντιλαμβανόμενον (т. е. то φανταστικον) τών υλών (материальные предметы), Damasceni, Op. cit., Basileae, 1548 an., pag. 137.
518
Греч, παρεγκεφαλίδα καί παρεγκρανίδα (синонимы) означают заднюю часть головного мозга. В лат. Ant. оставлено без перевода. В лат. пер. у Дамаскина по изд. Basileae, 1548 an. стоит «occipitium» (буквально: «затылок»). На этом, между прочим, Дамаскин заканчивает главу о памяти, опуская дальнейшие рассуждения Немесия.
519
У Con. здесь начинается 7–я глава 4–й книги: «Quo pacto variis modis laedantur sensus interiores»… etc.
520
У Gall, читаем здесь замечание: «Наес apud Galenum habentur in lib. de oculo». Это подтверждает и издатель Охоп. в своих annot., pag. 392 по изд. Matth. Действительно, дальше Немесий приводит доказательства из данных галеновской патологии. О том же рассуждает Гален и в De locis affect. IV, 1 (см. Domanski, Op. cit. S. 90, прим. 3). Св. Григорий Нисский, допуская зависимость деятельности разумных сил души, в частности, ума, от телесных состояний и приводя те же галеновские доводы из данных патологии, все–таки настаивает, что «бестелесная природа не объемлется какими–либо местными очертаниями» («Об устройстве человека», глава 12); ср. выше: примеч. 8 к XII главе на стр 102. Расстройство ума и даже сумасшествие — φρενΐτις-, — о котором дальше рассуждает Немесий по Галену, по мнению св. Григория Нисского, не могут служить доказательством того, что органом или местопребыванием мыслительной силы служит головной мозг («Об устроении человека», глава 12, стр. 113 по рус. пер., Москва, 1861 г.).
528
Другой пример, указывающий на ненормальную деятельность внешних чувств, — именно — на галлюцинации.