Наконец, знамения, предсказания, предзнаменования и небесные явления [ведь, наша речь относится к грекам], по собственному разуму, как сами (греки) говорят, сохраняющие исход того, что они показывают, обозначают это всецело разумом провидения, и последствиями доказывают истинность обозначаемого[1072].
ГЛАВА XLIII
ЧТО ТАКОЕ ПРОМЫСЕЛ[1073]
Что Промысел существует — это очевидно — как из сказанного уже[1074], так и из того, что будет сказано впоследствии. Теперь же мы скажем о том, то такое Промысел. Промысел есть Божественное попечение о существующем[1075]. Определяют его еще и так: Промысел есть воля Божия, которой целесообразно управляется все существующее[1076]. Если же Промысел есть воля Божия, то совершенно необходимо, чтобы (все) бывающее происходило согласно с здравым смыслом, наиболее прекрасно и богоприлично[1077] и сколь только возможно — хорошо, — так, чтобы не допускало более совершенного строя. Необходимо также и то, чтобы Один и Тот же был[1078] Творец сущего и Промыслитель; потому что и не последовательно, и не прилично то, чтобы один творил, а другой заботился о происшедшем. Ведь подобное свойственно исключительно немощи (бессилию)[1079]. И в царстве животных находим серьезное[1080] подтверждение сказанному[1081]. В самом деле, всякое родившее существо заботится и о пище рожденного. Человек же промышляет и обо всем остальном, относящемся к жизни, насколько это для него возможно[1082]. А те (существа), которые не промышляют, не промышляют вследствие бессилия. Итак, показано, что Промыслитель есть Бог, а воля Его — Промысел.
ГЛАВА XLIV
О ТОМ, ЧЕГО КАСАЕТСЯ ПРОМЫСЕЛ[1083]
Итак, о том, что Промысел существует, и о том, что Он такое, сказано. Остается еще сказать — чего касается Промысел: всеобщего ли (универсального), или частного (единичного), или же общего и частного (вместе). Так, Платон полагает[1084], что Промыслом управляется и всеобщее, и единичное, и разделяет разум Провидения на три (вида). Именно: существует, во–первых, промышление первого (главного) Бога, Который промышляет преимущественно об идеях, а затем — вообще о целом мире, как например, о небе, о светилах и обо всем универсальном[1085], т. е. о родах, о субстанции, о количестве и качестве и о другом подобном, а также — о видах, подчиненных этому. О происхождении незначительных животных и растений, а также всего происходящего и разрушающегося, промышляют вторые боги, вращающиеся в небесной сфере; их происхождение Аристотель относит к Солнцу и зодиакальному кругу. Третий род Провидения Платон представляет существующим для управления действиями и исходом их[1086], а также — для распределения (упорядочения) относящихся к жизни, так называемых, физических, материальных и органических благ и того, что им противоположно. Это Провидение установило некоторых определенных демонов на земле, в качестве стражей человеческих действий. Притом, второе и третье Провидение получают бытие от первого, чтобы все управлялось могуществом Первого Бога, Который установил вторых и третьих промыслителей.
Конечно, поскольку Платон все относит к Богу и утверждает, что всякое промышление зависит от Его воли, он достоин одобрения; но никогда (не заслуживает этого) за то, что другими промыслителями[1087] он считает тех, которые вращаются в небесной сфере. Ведь, это уже — не Провидение, а фатум и необходимость. Действительно, как бы те[1088] ни сообразовались (изворачивались), необходимо, чтобы происходящее происходило и чтобы иначе не могло быть (не случалось); между тем, давно уже показано, что ничто из того, что бывает по Провидению[1089], не подчиня–ется необходимости.
Стоики — философы, признающие и фатум, и свободную волю, не оставляют никакого места Провидению, но на самом деле уничтожают даже свободную волю, как показано раньше. Демокрит же, Гераклит и Эпикур не допускают Промысла — ни по отношению к общему, ни в отношении к частному (единичному). Так, Эпикур говорил, что блаженное и бессмертное Существо ни само не имеет обязанностей, ни другому не доставляет, — так что не связывается ни гневом, ни благоволением. Все подобное, ведь, свойственно немощи. В самом деле, гнев чужд Богу[1090], потому что он возбуждается тем, что совершается против (нашей) воли, — а для Бога ничто не бывает против воли. Таким образом, стоики[1091] следуют своим основным принципам. Действительно, считая, что этот мир произошел из случая, они естественно говорят, что все лишено промышления: в самом деле, кто будет промыслителем того, что никем не сотворено? Очевидно, ведь, что происшедшее изначала случайно по необходимости случайно[1092] и существует. Итак, должно противостать первоначальной их тенденции[1093], — потому что с опровержением ее возымеет большую силу то, что сказано было раньше в доказательство существования Промысла. Итак, отложив опровержение этого до более удобного времени, перейдем к мнению Аристотеля и других (философов), отрицающих Промысел в отношении к единичным вещам[1094].
1074
У Con. начинается 2–я глава 8–й книги таким же заглавием. Ср. И. Дамаскина — Указ, соч., гл. 29, стр. 111 по рус. пер.
1075
Точнее Буквально: «как из этого (τούτων)», т. е. из вышесказанного.с греч.: «бывающее со стороны Бога попечение в отношении к тому, что существует».
1081
Точнее с греч.: «и у животных находится полное отражение (εμφασις — подобие) того, что сказано».
1082
Перев. по изд. Ant., где вм. οίος стоит οίον; по Matth.: «насколько он (человек) в состоянии».
1084
Платон учит о частном Промысле в «Теэтете», «Филебе» (pag. 30 A—D) и «Законах» (lib. X), откуда многое заимствует Немесий. Ср. Cicero De natuia deorum, lib. 2 и Euseb. Praeparat. Evang. pag. 630 sqq. Ср. примеч. у Gall, и Oxon. (p. 401).
1086
Букв, с греч.: «для совершения и исхода действий» (των πρακτέων — того, что следует делать).
1087
См. пояснения Matth. pag. 346; в подлиннике здесь ед. ч.: «вторым Провидением он называет тех»… и т. д.