10. Интересно, если бы кто дал муравьям человеческий разум, неужто и они разделили бы свою полянку на множество провинций? Когда поднимешься в ту подлинно великую область и увидишь сверху какое-нибудь очередное войско, торжественно выступающее под развернутыми знаменами, словно происходит что-то действительно серьезное, конников, то выезжающих вперед, то съезжающихся к флангам, так и хочется сказать:
По полю черный строй идет и по узкой тропинке
тащит добычу меж трав…[11]
Право, это та же суета, что и у муравьев, толкущихся на тесном пятачке. Да и чем они от нас отличаются – разве что размерами крошечного тельца?
11. Пространство, где вы плаваете на кораблях, воюете, царствуете, – точка[12]. То, что вы создадите, будь это даже империя от океана до океана, – меньше малого. В вышине же – безмерные просторы, во владение которыми вступает душа, если она взяла от тела лишь самую малость, если стряхнула с себя всякую грязь и взлетела, вольная, легкая, довольная малым.
12. Попав туда, душа питается и растет; освобожденная словно от оков, она возвращается к своему истоку[13], и вот доказательство ее божественности: все божественное ее радует, занимает – не как чужое, как свое. Беззаботно следит она за закатом и восходом светил, за их столь различными и столь гармонично согласованными путями; наблюдает, где какая звезда впервые засветилась над землей, где высшая точка ее пути, где низшая, – все обдумывает, все исследует любопытный наблюдатель. А почему бы и нет? Она ведь знает, что это – ее, родное.
13. Тогда-то и начинает она презирать тесноту прежнего своего жилища. Ведь от самых дальних берегов Испании до Индии расстояние какое? Считаные дни, если ветер кораблю попутный[14]. А в той небесной области? Стремительнейшая звезда, двигаясь без остановок и с равной скоростью все прямо, может мчаться здесь тридцать лет[15].
Наконец, именно там душа получает наконец ответ на то, о чем долго спрашивала: именно там она начинает познавать бога. Что такое бог? Ум вселенной[16]. Что такое бог? Все, что видишь, и все, чего не видишь[17]. Он один есть все; он один держит все созданное им и внутри и снаружи – только так можно воздать должное его величию, более которого нельзя ничего помыслить.
14. Какая же разница между природой бога и нашей? В нас лучшая часть – душа; в нем нет ничего, кроме души. Он весь – разум.
А тем временем смертные настолько погрязли в заблуждении, что небо, которого ничего нет прекраснее, упорядоченное в раз навсегда заданном порядке, люди считают бессмысленным, подвластным лишь игре случая[18] и оттого беспрестанно смятенным всевозможными молниями, тучами, бурями, какие потрясают землю и ее окрестности.
15. И не только толпу заразило это безумие, но и некоторых, объявляющих себя приверженцами мудрости. Есть такие, кто думает, будто у них самих душа есть, и душа предусмотрительная, способная распорядиться своим и чужим; вселенная же эта, в которой мы живем, лишена будто бы всякого смысла, и то ли сама несется неизвестно куда; то ли движется природой, не ведающей, что творит[19].
16. Не кажется ли тебе, что узнавать все это – занятие весьма стоящее? Насколько могуществен бог? Создает ли он сам себе материю или пользуется данной? Что первее: разум ли предшествует материи или материя разуму? Создает ли бог все, что пожелает, или же во многих вещах то, с чем ему приходится иметь дело, сопротивляется ему, не дается, так что из рук великого искусника многое выходит дурно созданным, и не от недостатка искусства, а из-за сопротивления материала искусству?
17. Вот этим заниматься, это изучать, этому прилежать – разве не значит перепрыгнуть через свою смертность и сподобиться лучшей участи? Ты спросишь, какой мне от этого прок? Может, и никакого, хотя одна-то польза есть во всяком случае: примерившись к богу, я буду знать, что все остальное ничтожно мало.
Глава I
1. Теперь пора мне приступить к моему предмету; выслушай же, что я думаю об огнях, проносящихся сквозь воздух.
14
О краткости морского пути до Индии писал Страбон (
18
«Небо» – так обычно (со времени Платона) назывался мир в целом, вселенная, но также и небо в отличие от земли – все, что выше орбиты Луны (со времени Аристотеля). О том, что во все времена, чему бы ни учили философы, большинство людей считает причиной вещей материю и случай, пишет Платон в