заменители[127]
Из «Интервью с Чарльзом Буковски»[128]
Вопрос: Вас, похоже, завораживает секс и алкоголизм, что это за зачарованность?
Буковски: Секс? Ну, меня к нему тянуло потому, что я столько его упустил с возраста, по сути, 13 лет до 34-х. Я просто не хотел платить цену, выделываться, трудиться над ним. Потом не знаю, лет где-то в 35 я решил, что лучше уж им заняться, и, полагаю, пока играл с ним в догонялки – переусердствовал. Оказалось, что нет ничего на свете легче. Я обнаружил десятки одиноких женщин. Трахал и таранил, как безумец. Не там, так тут. Моя машина стояла то там, то сям. Ужины. Спальни. Уборные. Одно место утром, другое – вечером. Время от времени меня ловили. Знакомился не с одной, так с другой, от кого мне становилось по-настоящему скверно, они меня цепляли и подсекали, обрабатывали меня. Акулы. Но шло время, и даже я научился справляться с акулами. Немного погодя уже ебать, сосать и играть в игры перестало быть действительностью. Я так много ввинчивал, что кожу себе на хере натирал. Сухая пизда? Ну да, но я, в общем, знал уловки, что делать, как делать, а потом все состарилось и лишилось смысла. Секс часто – это просто что-то самому себе доказывать. А как доказал раз, нет нужды потом опять доказывать. Но в каком-то смысле мне повезло: я всю свою разминку по ебле провел до наступления СПИДа.
Алкоголь – дело другое. Мне он всегда нужен был. Я ему нужен. Сегодня вечером за пару часов я выпил сколько-то пив и бутылку вина. Здорово. Кровь поет. Не думаю, что сумел бы выдержать какие бы то ни было сраные работенки, что случались у меня во стольких городах в этой стране, не зная, что сумею вернуться к себе в комнату и все это запить и выгладить, пусть стены кренятся внутрь, лицо недоразвитого десятника пропадает, всегда зная, что они покупают мое время, мое тело, меня за несколько пенни, пока сами процветают. Потом еще, к тому ж, я б нипочем не смог жить кое с кем из тех женщин, если выпивкой их не переносило в полугрезы, которые передо мной маячили. От выпивки их ноги всегда выглядели лучше, разговоры их – не просто пришепетывание идиоток, их предательства – уже не оскорбление тебе. С наркотиками мне не везло. Они отбирали у меня мужество, смех. Притупляли мне ум. У меня от них хрен увядал. Они у меня все забирали. Письмо. Маленькую, крохотную искорку надежды. Бухло возносило меня к небу, грохало мною оземь наутро, но из этого я мог выбраться, снова завестись и пойти. А наркотики меня увольняли. Швыряли меня на матрас. Клоповья штука такая. Если и есть для обездоленных выход – это спиртное. Большинство с ним справиться не может. А для меня в нем одна из тайн мироздания. Сам спросил.