Платоновское солнцеподобие относится к тем же несказуемым, но светоносным понятиям. Встречаются испытавшие, и для них не нужен словарь, но в движении едином, и даже в молчании они взаимно поймут язык всех словесных различий. Потому исповедуйте, испытывайте, ибо не знаете, где лучший час ваш и когда вспыхнет огнь над чашею накоплений. Качество мыслей будет вожатым, а ненасытная устремленность будет крылами света Софии. Ведь сиять, но не сгорать заповедано.
Звучание сердечного центра, подслушанное и Сократом, созвучит ритму блага. Очищение материи Спинозы озонируется теми же волнами света. Световой центр сердца может засиять всеозаряющим пламенем — карбункул[81] легенд Грааля.
Агни Йога говорит: "В основе всей Вселенной ищите сердце. Творчество сердца напрягается чакрою Чаши[82]. Величайшая мощь лежит в магните сердца. Слово, не содержащее в себе утверждение сердца, — пусто. Жемчужина сердца — тончайшая напряженность. Архат, как пламя, несет в сердце все огни жизни".
Ориген[83] утверждает: "Глазами сердца видим Бытие".
"Для чистых все чисто", — безбоязненно заповедует Апостол Павел. Он знал чистоту и действенность сердца, когда оно ведает лишь благо и как магнит собирает вокруг себя лишь доброе. Магнитоподобность сердца упоминается часто, хотя научно также еще не познана. Между тем сокровища премудрости и ведения постигаются именно умом сердца, чашею любви и самоотверженного действия. Где сокровище ваше, там и сердце ваше. Светоносность сердца подобна флюоресценции моря, когда движение возжигает зримые, бесчисленные световые образования. Так и дуновение творческой любви возжигает светочи сердца. "Да будет свет", — говорится Мыслью Великого.
Внутренний человек хочет только добра, и в минуты сердечного сияния он необманно знает, где благо. Из сердечного сияния истекает лишь благо, и свет излучаемый может пресекать все изломы нарощенного невежества. Ибо грех, невежество — братья мрака. Жить в духе — значит сиять, и благотворить, и постигать, жить в плоти — значит затемнять, и осуждать, и невежествовать, и удлинять путь. Но не следует забывать, что, удлиняя наш путь, мы затрудняем и путь близких — потому всякий эгоизм, думание о себе, саможаление, гордыня, всякое невежество есть престол тьмы. Во имя близких мы не должны нарушать ритм волн света. Полезны наблюдения над цветами. Сад света также нуждается в заботе и уходе, и струи чистых мыслей — лучшее для него питание. Чем напряженнее свет, тем слабее тьма. Даже светоносное сердце прекрасного ангела могло избрать свободу омрачения вместо свободы служения и сияния. Потому нужно неотложное питание сада света, иначе пятнистые языки тигровых лилий пожрут лилии Благовещения, и предательская белладонна скроет фризии сияния вершин. Надо светиться, надо рождать и усилять свет сердца. Сосияния и созвучия света в свободе познания усиляются взаимно. Безмерна мощь объединенных благом мыслей. Уготован каждому свет, но можем закрыть его сосудом пустым. Сказано: "От падения лепестка розы миры содрогаются, и перо крыла птицы рождает громы на дальних мирах" — какая прекрасная, великая ответственность, и не обернем громы, рожденные легкомыслием, на бытие земли.
Из этой возводящей ответственности истекает светоносное стремление добросовестно, без разочарований, изучать все окружающее. Даже каждый виртуоз нуждается в ежедневных упражнениях. Повторено: "Если ты устал — начни еще. Если ты изнемог — начни еще и еще. И, как щит, любовь призови".
Теплота любви так же реальна, как тонкая боль сердца. Свет сияния мысли не только ощутим глазом, но и доступен фильме. Неотложно нужно несуеверное изучение, безбоязненное и неэгоистичное. Очевидность родственна плоти, но не духу. Истина — в действительности, но не в патологии очевидности.
Сердце — великий трансмутатор энергий — знает, где содрогание ужаса и где трепет восхищения. Дух отличает пятна ужаса и сияние восторга. Столько лучей и энергий улавливается вниманием ученых; это же внимание должно быть проявлено каждым человеком к ритму и свету, ведущим каждую жизнь. Зачем опалиться и обуглиться, если можно сиять в нетлении? "Бог есть огонь, согревающий сердца", — говорит преподобный Серафим[84].
"Он знает тайны сердца", — поет псалмопевец в созвучии восхищения. Когда говорим о прекрасном, о тайнах сердца, то прежде всего имеются в виду прекрасные, творящие мысли. Как самые нежные цветы, их нужно растить, нужно поливать непрестанно радостными струями Благодати. Нужно ежедневно учиться четко и благостно мыслить. Нужно научиться мечтам — этим высшим росткам мысли. Дерзнем! Не убоимся мечтать в высоте. С горы — виднее.
81
Карбункул — старинное название густо-красных прозрачных минералов (рубина, пиропа, альмандина).
83
Ориген (ок. 185–253/254) — христианский теолог и философ Александрийской школы. Соединяя платонизм с христианским учением, распространил метод символического и аллегорического толкования Библии в части Нового завета. Оказал большое влияние на формирование христианской мистики и догматики, где пытался закрепить ряд основных положений древних религий и философий, в том числе и доктрину перевоплощения.
84
Серафим Саровский (1760–1833) — наряду с Сергием Радонежским один из наиболее почитаемых святых в русском православии.